|
|
пропагандистская картинка борцов с церковными либералами
http://zavtra.ru/cgi//veil//data/zavtra/09/829/52.html
Интересное деление духовенства по 4 классам: либеральному, модернистскому, консервативному и фундаменталистскому. Сделано врагом либерального (но строго-церковного) направления, которому я симпатизирую, поэтому с формулировками я согласиться не могу. Но наличие самих таких групп классифицитровано верно. "Семёнко: Если двигаться в традиционной, условно говоря, парламентско-политической логике, слева направо, то необходимо будет, во-первых, сказать, что среди либерального спектра того, что называют сейчас "православной общественностью", наличествуют свои внутренние градации и противоречия. Прежде всего, существуют парацерковные группы с воинствующей либеральной, экуменической и антитрадиционалистской идеологией, которые где-то уже выходят за пределы Церкви, образуя всякого рода расколы и сектантские общности. Такие, как те "юрисдикции", к которым причисляют себя Глеб Якунин, Иннокентий Павлов или Яков Кротов. Эти группы, как правило, очень немногочисленны. Их фирменная черта, особенность, отличающая их от более "умеренных" либералов — неизжитая диссидентская психология, заставляющая их порой идти на открытый конфликт со священноначалием, что ведет к фактическому выходу из Церкви. Собственно же либеральная часть Церкви представлена также в основном немногочисленными группами и отдельными представителями духовенства и мирян, которые, однако, достаточно плотно вписаны в церковную институцию, в особенности, по "экуменической" части. Они сохраняют системные и прочные связи с церковным официозом. Либералы встречаются среди преподавателей духовных школ и среди приходского духовенства, правда, в основном, в крупных городах, преимущественно в Москве и Санкт-Петербурге и их пригородах. Стремление послужить где-нибудь в русской глубинке для либералов вообще не очень свойственно. Сюда я бы отнес таких достаточно известных церковных деятелей, как священник Георгий Кочетков, игумен Петр Мещеринов, протоиереи Георгий Митрофанов, Александр Борисов и Владимир Лапшин и ряд др. Наибольшую проблему представляет следующая группа, которую мы, чтобы отличать ее от собственно либералов, предлагаем обозначить как модернистскую. Различия, на наш взгляд, таковы. Либералы — это в основном, так сказать, искренние противники, прямые враги православной традиции, находящиеся под влиянием как собственно либерально-секулярных идей, так и всевозможных модернистских течений внутри инославного христианства. (Недобросовестное, нечистоплотное враньё г.Семёнко. Перечисленные священники явлдяются не врагами православной традиции, а напротив, видят ту перспективу, в которой православная традиция может, и должна бы, следовать по курсу, проложенному Евангелием и великими Отцами Церкви; не допуская при этом ни двурушничества "модернистов", ни компромиссов с духом века сего "Консерваторов", ни, разумеется, мракобесия, прямо нехристианского духа зилотов - tapirr). Они готовы противопоставлять себя традиции, во многом даже уходя из неё, но не готовы системно воевать с ней. Что же касается церковного модернизма, то определяющим качеством этого течения является его "системность" и "проектность". Модернисты стремятся не к бунту против традиции, но к тому, чтобы изменить, деформировать традицию изнутри, что возможно, если захватить власть в Церкви, стать в ней определяющим властным началом. Для модернистов характерно не столько систематическое изложение своей реформаторской идеологии где-то в одном месте, сколько, так сказать, "распыление" ее в виде отдельных фрагментов во многих текстах. В плане же идеологии церковные модернисты гораздо осторожнее и умереннее либералов; наиболее системные и реалистично мыслящие модернисты не стремятся к прямой войне с традицией; они склонны заходить как на либеральное, так и на консервативное поле и постепенно перетягивать на свою сторону церковное большинство. ( Read more... )Церковно- консервативное большинство Церкви, — это основа ее социального "тела", которая не нуждается в каких-то подробных характеристиках. Для нормальных монахов, священников, прихожан, спокойно трудящихся в своих общинах и не склонных к излишней политизации и разного рода экспериментам, чужд либерализм, стойко осознаваемый как идеологический враг, модернистское заигрывание с "миром". Впрочем, им чужды и фундаменталистская склонность к заведомой асоциальности, радикальному уходу из мира и заведомая конфронтация со священноначалием, что, как и противоположный, либеральный радикализм, таит в себе опасность раскола и, в конечном счете уже прямого сектантства. Повторюсь: консерваторы отнюдь не склонны к политиканству, будучи воплощением стабильности, нормальности и созидательного, позитивного труда как на приходском, так и на общецерковном уровне. В отличие от консервативного большинства Церкви, фундаменталисты исполнены чувством своеобразного катастрофизма, их беспокоит мысль о том, что сама каноническая Церковь уже непоправимо захвачена апостасией. В конечном счёте, такой настрой рождает в них синдром пораженчества, что компенсируется агрессией и демонстративной "бескомпромиссностью". Такие настроения, к сожалению, порой используются внешними, антицерковными силами как орудие в их деструктивной игре. Наконец, гностические группы в Церкви, подобно крайне левым, находятся практически уже на грани выхода из нее, часто модулируя идеи, фактически уже прямо выходящие за рамки православного вероучения. (очевидно имеется ввиду оккультист А.Дугин. Других гностиков на обочинах церкви я что-то не припомню - tapirr)
Эта схема, как и любая другая, разумеется, не покрывает всей сложности реальности. Часто какие-то конкретные группы или отдельные люди, чье идеологическое ядро располагается в той или иной части вышеописанного церковно-политического спектра, в каких-то конкретных вопросах придерживаются взглядов соседней группы. Модернист, то есть тот, чье идеологическое ядро находится в области модернизма, может по одним вопросам смыкаться с либералами, а по другим — с консерваторами; точно так же консерватор может в чем-то быть ближе к модернистам, а в чем-то — к фундаменталистам. Совсем жестких рамок тут, разумеется, нет. Но все же главная, так сказать, родовая черта церковного консерватизма по сравнению как с модернизмом, так и с фундаментализмом, не говоря уже о либерализме, заключается в умении слышать и распознавать волю Божию о Церкви, в обладании живым чувством духовных реалий, то есть того, что лишь силой Божией жива и движется Церковь. Потеря этого живого чувства духовной реальности Церкви, ее богочеловеческого происхождения и является источником всевозможных уклонов, как "справа", так и "слева". ( Read more... ) Андрей ФЕФЕЛОВ. Но можно ли утверждать, что модернистская тенденция сегодня побеждает?
Владимир СЕМЕНКО. На этот вопрос я не могу ответить однозначно. С одной стороны, если взять, например, последние выступления Святейшего Патриарха Кирилла, в частности, во время его визита на Украину, в Курскую, Архангельскую епархию и т.д., то они строго традиционны, в них присутствует принципиальная опора на традицию. На Украине Патриарх говорил о вреде не просто либерализма, но либерализма именно в богословии, что, на мой взгляд, прямо направлено против церковного модернизма. Подчеркивая значимость богословского образования, он при этом апеллировал к народной вере. Мы услышали из его уст благоговейные слова про Святую Русь, про стопочку Богородицы в Почаевской Лавре. Но с другой стороны, в последнее время на первый план в нашей Церкви выдвигаются люди сугубо модернистского склада. Например, тот же игумен Петр Мещеринов, занимающий важнейшую должность заместителя руководителя Патриаршего Центра Духовного развития молодежи, который считает, что эта "стопа Богородицы" — просто сказка, выходящая за рамки Предания. Игумен этот выступает за отмену "патриотического" праздника Казанской иконы Божией Матери, говорит, что на Руси не было культуры до Петра Первого, за исключением узко богослужебной сферы. Недавно в богословскую синодальную комиссию и в Межсоборное присутствие введен протоиерей Георгий Митрофанов, который подвергает сомнению существование таких святых, как Петр и Феврония Муромские и защищает эвтаназию. А ставший недавно протодиаконом Андрей Кураев, который прямо заявляет, что загробных мытарств души не существует, что Благодатный Огонь у Гроба Господня зажигается зажигалкой, "автор" многочисленных некорректных высказываний назначен руководителем авторской группы по написанию учебника по основам православной культуры. Это притом, что он неоднократно высказывался против данного проекта. " ** Кстати, обнаружил интерсный сайт (опять же, вражеский. Множество случаев так называемого вранья. Соответственно, будьте осторожны): http://antimodern.wordpress.com/personalia/** Однако об этом я не знал: Игумен Петр (Мещеринов) после рекомендации Патриарха воздержаться от острых высказываний покинул пост директора Школы молодежного служения
фотографии tapirr
Я был вчера на встрече Архиепископа Илариона, заместителя Святейшего Патриарха, с молодёжью в Политехническом музее. Привожу репортаж из Сети, довольно подробный, со своими дополнениями ( курсивом). То в выступлении Архиепископа, что показалось мне крайне важным, я выделил жирным
"Москва, 7 октября, Благовест-инфо. Лекцией председателя Отдела внешних церковных связей Московского патриархата, архиепископа Волоколамского Илариона (Алфеева) открылся 6 октября молодежный лекторий на тему «Основы православного мировоззрения». Цикл лекций будет проходить в течение учебного года по инициативе Патриаршего центра духовного развития детей и молодежи при Даниловом монастыре (ЦДРМ) и домового храма св. Татианы при МГУ им. Ломоносова. ( фото + текст )« Широко распространенное обрядоверие», по словам выступавшего, также дает неадекватное представление о христианстве, сводя его к «совокупности обрядов и предписаний». Архиепископ Иларион с сожалением отметил, что большинство вопросов, которые он получает как ведущий телепрограммы «Церковь и общество» на канале «Вести 24», касаются именно обрядов: «ношения платка, брюк для женщин, что можно и что нельзя». «Для многих православие является не более чем культурной традицией», -- посетовал лектор. Он добавил, что из 70-80% россиян, связывающих себя с православием, лишь «сравнительно небольшой процент» -- это «подлинно православные люди», которые не только сознают себя верующими, но стараются, чтобы «их жизнь мотивировалась православным мировоззрением». ( Read more... )В Церкви же все наоборот: «помогая двигаться к Богу, она помогает людям двигаться друг к другу». Уважая внутреннюю свободу каждого человека, Церковь не навязывает ему готовых решений, но «учит отличать добро от зла, обретать шкалу ценностей». « Церковь – для сильных людей, готовых взять ответственность за себя и будущие поколения… Церковь освобождает людей от зависимости, чтобы сделать их духовно свободными», -- обращался к аудитории архиепископ Иларион. По его словам, «секрет столь сильного духовного воздействия Церкви на человека» состоит в том, что Церковь является «сокровищницей духовного опыта», в центре которого – вера во Христа. Выступавший подчеркнул, что сердцевина христианской веры – это не просто согласие с нравственным содержанием христианских заповедей и не только признание факта жизни Христа как реальной личности 2 тыс. лет назад. « Сердцевина христианской веры – это сам Христос и возможность человека в своем внутреннем религиозном опыте встречаться с Ним. Встреча с Христом – это суть и сердцевина христианской веры», -- сказал архиепископ, пояснив, что эта встреча происходит в Церкви через ее таинства и главное из них – Евхаристию. ( Read more... )По окончании лекции архиепископ получил множество записок с вопросами и ответил на некоторые из них. Так, в продолжение темы лекции его спросили, как обстоит дело со спасением нехристиан (в действительности, речь в вопросе шла о спасении людей ни разу вм жизни не причащавшихся - tapirr) . Глава ОВЦС повторил, что «вне Церкви спасение невозможно», однако подчеркнул, что для христианина вопрос о спасении имеет смысл ставить в отношении себя самого, а не других людей. ( tapirr записал: "Мы не знаем меры милосердия Божия, и не можем поэтому ставить вопрос о спасении тех или иных категорий людей") Был также задан вопрос о возможности служения литургии с открытыми Царскими вратами. «Так сложилась моя священническая судьба, что я всегда служил с открытыми вратами», -- ответил архиепископ, кратко перечислив окормлявшиеся им приходы в Прибалтике, в Западной Европе и в Москве. ( Виленский Свято-Духов монастырь, Каунасский собор - настоятель, все храмы на Западе, в Москве храм св. Екатерины - tapirr) « В служении с закрытыми вратами есть что-то противоестественное, ведь литургия совершается всей церковной общиной, а не только священником ( слов про общину, кажется, не было - tapirr) (tapirr: "Совершенно непонятно, почему в самые главные моменты <литургии> надо закрыть Двери и слышать только голос священника из-за глухой стены иконостаса?!- сказал Владыка.) ( Read more... )Москва, 7 октября, Благовест-инфо. О перспективности применения известной во всем мире программы «12 шагов», которая используется в группах взаимопомощи людей с алкогольной и наркотической зависимостью (Анонимные алкоголики – АА и анонимные наркоманы – АН), говорил 6 октября председатель Отдела внешних церковных связей Московского патриархата, архиепископ Волоколамский Иларион (Алфеев). Выступая с лекцией перед большой аудиторией в рамках просветительского цикла «Основы православного мировоззрения», глава ОВЦС ответил на вопрос из зала: «Общество анонимных алкоголиков – это секта?» «В сочетании с Церковью, при умелом пастырском руководстве эта программа («12 шагов» -- прим. ред.) приносит очень явные положительные плоды», -- ответил лектор. Утверждение архиепископа опирается на его собственный пастырский опыт: при храме св. великомученицы Екатерины на Всполье, где он в свое время служил настоятелем, работала группа АА по программе «12 шагов». Для тех, кто не знаком с этой программой, он пояснил:
( Read more... )
Тот самый сюжет гостелевидения: Телеканал "Россия" против прот. Георгия Митрофанова и иг. Петра (Мещеринова) ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) igpetrЭто реакция вот на этот текст о.Петра igpetr и на книгу о.Георгия Митрофанова, о которой подробно здесь (к видео я добавляю туда расшифровку, можно почитать, ниже под обрезкой). Очень интересна реакция на слова отца Петра igpetr, что Отечество наше на Небесах: ведь в них нет ровно ничего сенсационного или необычного. Это "обыкновенное" христианство! Но для РФ, её властей и прислуживающих им СМИ это неприятно.  Они хотели бы видеть " патриотическую церковь", что б церковь была у них на посылках (это не только в фашистской РФ происходит, в фашистской Германии христианство тоже разделилось на " Немецких христиан", выражавших идеологию национально-государственной спеси и "Исповедническую церковь", исповедовавшую "просто" христианство. ) ( Фото ) Канал Россия хотел бы видеть церковь такойЧто касается Резолюции ОБСЕ о сталинизме и нацизме, то я тоже не могу согласиться с утверждением о том, что сталинизм и нацизм в равной мере виновны в развязывании Второй Мировой войны. Нельзя искажать и фальсифицировать историю! Германия, связанная после Первой Мировой версальскими соглашениями, была просто не способна высти войну ни с кем. И если бы не советская Россия, которая тайно вооружала и поддерживала гитлеровский режим, никакой Второй войны бы не было. В завершение, что б дать Гитлеру спокойный тыл на востоке, и был заключён Пакт о ненападении. Война началась. ** Завершается репортаж телевизионного ученика д.Геббельса Константина Сёмина словами " Предателю первый кнут". Иван, родства не помнящий, учи наши русские пословицы! На самом деле народ говорит это о доносчиках: " Доносчику первый кнут". Вот ты, ведущей ночного эфира Вести + (00:55 8 июля 2009 г.) Константин Сёмин, и есть тот доносчик, которого неплохо было бы выпороть на конюшне (впрочем, это не наш метод). Приложение
( О книге Митрофанова )
 Я на этот текст московского православного священника, игумена Петра Мещеринова </a></b></a>igpetr (всем френдить) уже ссылался.
Но по ссылкам не все идут, поэтому я решил привести его целиком. Тем более, что история получила продолжение - дело докатилось аж до телеканала Россия, где дали отповедь отцу Петре и протоиерею Георгию Митрофанову (подробности см. ниже)
отец Пётр пишет:
" ФутурологическоеПочитал я в Сети всякие мнения, высказывания и дискуссии, вызванные в том числе и моими последними постингами. Ссылок не буду приводить – кто хочет, найдёт в поисковике. Конечно, всё нижеследующее нерепрезентативно и субъективно; но сложилось у меня в результате сего чтения некоторое представление о будущем. Нравственное состояние моих соотечественников нисколько не становится более христианским и церковным – во всяком случае в период, прошедший с момента выхода моей статейки про 1937-й год два года назад. Изо всех сил защищается Сталин. Почему бы это? ( Read more... )Коль скоро нравственный тренд людей, а вслед за ним и народа, а следственно, общества и власти, таков – то, рассуждая в библейской парадигме, нам следует ждать вот чего. Очевидно, что нам предстоит распад страны. Кавказ и Дальний Восток, Калининград, а может быть и национальные республики, рано или поздно отпадут от России. Но эти центробежные процессы только ускоряются сегодня внешнеполитическим курсом нашей власти. (Ещё раз подчеркну: власть – концентрированное выражение настроения народа, а народ – совокупность мнений, мировоззрения и дел большинства отдельных русских людей.) Сегодня мы наблюдаем явное стремление России отделиться от западного мироустройства и водить дружбу с Ираном, Северной Кореей, Венесуэлой – то есть теми странами, которые подчёркивают своё антизападничество. Но ориентация России на Китай и Азию под антиевропейское улюлюканье народа – выход из парадигмы христианской цивилизации. Получается, что мы вопим о своём христианстве, а не деле геополитически от него явным образом отказываемся. То есть – это потеря не только территорий, но и самого стержня существования отечества как христианской (или хотя бы пост-христианской) цивилизации. Если говорить о внутренней политике, то очевидно нас ждут социальные потрясения. Самым же страшным их результатом будет вот что: как ни пакостна современная власть, но в результате озлобления народа к власти придёт полный отстой – фашистско-националистический «Шариков». Так что будущее России трагично. Но Бог с ней, с Россией. В конце концов, мне до неё (как, впрочем, и до всех других стран) особого дела нет – ведь у меня, как у христианина, Вид_на_Жительство в Небесном Царстве… Что будет с нашей Церковью? ( Read more... )Всё это, я считаю, уже оформившийся тренд. Я не знаю, что могло бы заставить людей переменить свои взгляды. Значит, ждём. Недолго осталось, похоже. И Россия, и её церковная часть будут наказаны. Россия – за свою омерзительную распальцовку, ложь, нечеловеколюбие, гордость, глупость, наглость, поклонение золотому тельцу. Церковь русская (в лице многих православных) – за то, что встроилась целиком в этот вариант падшего мира сего и прониклась его смертоносными стихиями. То, что это именно так, показывает реакция этих самых многих православных на подлинно христианские, евангельские и церковные слова вл. Илариона и на любые попытки обсуждения этой темы с евангельских позиций. Что делать? А что делать, уже поздно... Делать – осознать всё это и готовиться к разворачиванию трагедии..." И вот Читаю у vadimb: "Началось (а кое-кто предупреждал) Кстати, на сайте Вестей нет ни слова об этом сюжете. Все началось с сообщения http://expertmus.livejournal.com/34282.html
Телеканал Россия выступил с резкой критикой либерально- православной позиции, занимаемой некоторыми известными священниками. Как известно, без санкции руководства на России ничего не появляется. Считаю необходимым процитировать материал полностью: В ночном эфире Вести + (00:55 8 июля 2009 г.) была дана отповедь нынешним хулителям России в лице … представителей Русской Православной Церкви. ( Read more... )
 На фото: о. Георгий с духовником Ново-Тихвинского женского монастыря схиигуменом Авраамом. В программе «Экклесия» igpetr игумен Пётр (Мещеринов) и протоиерей Георгий Митрофанов (Часть 2, начало здесь) Прот.Г.Митрофанов: Я бы, как историк, здесь возразил и вот в каком плане: действительно, на протяжении всех веков церковной истории христиане, чувствуя недостаток любви и тем не менее мучительно ища для себя, своих братьев и сестер во Христе, пусть теперь не в любви Христовой, то – в чем? В правильном почитании Христовом. И вот здесь возникают попытки не с помощью любви, а с помощью каких-то иных черт обозначить своих сестер и братьев во Христе точно так же, как и противопоставить тех, кто вне Христа. Отсюда то, о чем Вы уже тоже отчасти сказали: попытка узнавать христиан по принципу того, когда и как они постятся, когда и как они крестятся, сколь продолжительны их службы, как они относятся к государственной власти, к экуменизму и так далее, и так далее. То есть масса суррогатных критериев подлинности веры Христовой. Любовь, действительно, здесь по существу выявляет ущербность исторической Церкви. И в конечном итоге истоком секуляризации, которая поразила сейчас весь мир и которая часто проявляла себя достаточно резко и кроваво, а иногда и очень глубоко и страдательно, было то, что потому перестали видеть в нас учеников Христовых, что не видели в нас любви. И потрясенные этим оскудением любви в Церкви, люди уходили из Церкви и противостояли Церкви. Но я бы не стал сводить всё только к любви. Мне кажется, существует и еще одна евангельская категория, которая на самом деле гораздо легче может быть реализована в жизни христианина. В одном из апокрифических Евангелий Христос, отвечая на вопрос Своих учеников, в чем же главный путь ко спасению, говорит: «Не лгите». И вот это чрезвычайно важно. ( Read more... )И последнее, что бы я изложил в связи с основополагающей этической темой Евангелия. Это слово, которое страшно подчас произносить в нашей среде, – это свобода. Это, опять-таки, в некоторой степени легче стяжаемые в этом мире добродетели – честность, свобода, нежели любовь и сострадание. И здесь мы опять сталкиваемся с проблемой, потому что ничто так не претит духу свободы, как именно устоявшиеся в церковной жизни представления о том, что смирение и послушание, которыми чаще всего на самом деле оправдывается привычный для нас советский конформизм и безликость, которые мы подчерпнули с детства. Ведь так легче жить было – безликим человеком толпы. А теперь уже толпы не советской, а толпы церковной, толпы православной. Вот эти очевидные евангельские принципы – честность, свобода, а значит, ответственность, затрудняют нам путь к главной евангельской истине, а именно – истине любви. ( Read more... )Игумен Петр (Мещеринов): Да, вот сказать: делай то и то – это как раз большой соблазн церковной жизни. И многие люди, придя в Церковь, обменивают свою свободу на некую гарантию спасения или даже, если в нашем контексте, вот услышит сейчас человек наши рассуждения, и действительно задастся вопросом: а что я должен дать, чтобы вот делай это – и получишь любовь. Вот этот прямолинейный поиск гарантий чего бы то ни было в обмен на свою свободу, на свою совесть, на отдание самого себя в какое-то нелепое послушание и прочее очень распространен сейчас в Церкви. ( Read more... ) Средневековый мир – это мир, в котором присутствие Христа ощущалось еще меньше, чем оно ощущается в нашем мире. Именно с точки зрения проявления милосердия. И именно вот этот подход преподобного Нила Сорского, который не ему одному был свойственен, при всех его личных достоинствах, проявлялся, в частности, в том, что у нас, к сожалению, в Церкви выработалось убеждение, что почитая Бога, правильно, православно Его славя, мы избавляем себя от труда выйти за пределы тех мест, где мы Его славим, где мы Его созерцаем, избавляем себя от труда нести тот самый труд Его милосердия, Его сострадания. В связи с этим я могу лишь поразиться тому, как вроде бы победивший в истории нашего монашества преподобный Иосиф Волоцкий, а затем его ученики, остался непонятым. То, что ученики преподобного Иосифа Волоцкого с таким же бесчувствием, как и ученики преподобного Нила Сорского, относились к нуждам основной части своих братьев и сестер во Христе, при этом располагая огромными богатствами, ( Read more... ) Вот у Аристотеля как раз, пишет Аверинцев, рассматривалось три уровня: уровень, точно так же, как у Платона, высший, духовный; уровень низший, инфернальный, то есть сфера, где действует и торжествует дьявол; но между этими уровнями есть некоторая «серая зона», или зона естественного, как называл ее Аристотель. И вот как раз наша земная, профанная жизнь, она Аристотелем относилась вот к этой средней зоне. Она не плохая совершенно, она и не возвышенная, но в ней как раз могут отразиться вот эти высшие ценности, если мы над этим трудимся. И вот интересно, что ведь в молитве Господней мы молимся: да будет воля Твоя яко на небеси и на земли. То есть мы молимся о том, чтобы Божественный закон, Божественная правда осуществилась в нашей земной жизни так же, как в небесной, ну, хотя бы в какой-то степени. Мы уповаем на то, что это возможно. И вот Аверинцев пишет, что как раз западный мир пошел по пути Аристотеля, и поэтому уделял определенное внимание возделыванию вот этой нашей земной жизни, чтобы в этой земной жизни проявилось хотя бы в какой-то степени наше небесное упование. Вот на российской почве, к сожалению, этого никаким образом не произошло, и вот этим Аверинцев объясняет многие проблемы сегодняшней российской действительности. ( Read more... )Если мы обратимся к самому Евангелию, то ведь Господь избрал для причащения Себе самые естественные и повседневные вещи – вкушение хлеба и питие вина. Вино в тех землях было распространеннее воды. И Господь ничего не говорит о том, что причастие Ему, скажем, подобно проработке золотой руды, или огранке камня, когда действительно нужны серьезные усилия. Нет, Сам Христос сделал это повседневностью, и что нужно для того, чтобы вкусить хлеба и принять чашу вина? Нужно проголодаться, нужно почувствовать жажду. ( Read more... )
 «Нужно жить не по лжи, чтобы научиться жить по любви Евангельской...» В программе «Экклесия» igpetr игумен Пётр (Мещеринов) и протоиерей Георгий Митрофанов (Часть 1).
Прот.А.Степанов: Здравствуйте, дорогие братья и сестры! В эфире радио «Град Петров» программа «Экклесия» и ее ведущий протоиерей Александр Степанов. Как обычно наша программа посвящена нашей Церкви, ее прошлому, настоящему и будущему. В данном случае мы хотим поговорить о настоящем и будущем, прежде всего. Сегодня мои собеседники – профессор Санкт-Петербургской Духовной Академии протоиерей Георгий Митрофанов. Здравствуйте, отец Георгий! Прот.Г.Митрофанов: Здравствуйте! Прот.А.Степанов: ...И игумен Петр (Мещеринов), настоятель подворья Данилова монастыря, сотрудник Патриаршего центра духовного развития детей и молодежи при Даниловом монастыре. Здравствуйте, отец Петр! Игумен Петр (Мещеринов): Здравствуйте, отец Александр! Прот.А.Степанов: Cегодня, в отличие от обычных наших встреч, мы имеем возможность поговорить и с представителем московского духовенства и тем самым как бы увидеть нашу церковную жизнь глазами еще и московского священника. Кроме того, не так часто на нашем радио выступают монашествующие, и тем более таких монастырей, как ставропигиальный Данилов монастырь в Москве, который является и официальной Патриаршей резиденцией. Поэтому, отец Петр, мы надеемся, что Вы существенно обогатите наше сегодняшнее обсуждение своими наблюдениями. ( Далее )Игумен Петр (Мещеринов): Спасибо за столь добрые слова. Отец Георгий уже мой иноческий путь обозначил. Я проходил все монастырские послушания, связанные с храмом, я и пономарил, и был регентом, и уставщиком долгое время, причем мне очень нравилось это занятие, и до сих пор я при случае регентую, и даже монастырское начальство, если у нас бывают службы на других подворьях, берет меня в качестве регента с собой, потому что я не прекратил это свое послушание. Я еще был звонарем, я был помощником благочинного, и все это дало мне возможность познакомиться с самой сутью богослужебной жизни, но вместе с тем дало почувствовать и многие проблемы этой богослужебной жизни, применения монастырских богослужебных уставов к нашей действительности. Затем я уже с 1995 года нахожусь на монастырском подворье, где несколько человек братии, храм, в котором совершаются ежедневные богослужения суточного круга, небольшое сельское хозяйство. Кроме того, у меня была возможность с благословения отца наместника нашего пожить и в Крыму, в горах, более скитским образом жизни... ( далее )Прот.А.Степанов: Спасибо, отец Петр. Вот первый вопрос, который мне хотелось бы Вам и отцу Георгию задать, это вопрос, связанный с местом и ролью Священного Писания в жизни современных христиан в нашей Церкви. Как Вам кажется, это место действительно центральное, как это и должно было бы быть, или получается иначе? Игумен Петр (Мещеринов): Конечно, это место должно быть центральным, и если мы возьмем все богословие отцов Церкви, составляющих сердцевину нашего Предания и церковной традиции, то увидим, что фундаментом их богословствования является, конечно же, Священное Писание. Со временем, не без влияния процессов, происходящих во всемирном христианстве, произошло некоторое такое разделение терминологии Писания и Предания. Как известно, Лютер одним из основных принципов Реформации предложил «Solo Scriptura» – «Только Писание», а Тридентский собор Католической Церкви, контрреформационный, в ответ на это выработал принцип Писания и Предания как двух равновеликих составляющих церковной жизни. Древняя Церковь такого разделения не знала, потому что Предание не формализовывалось, а было живым, это был живой опыт Церкви, живой опыт богословствования, который опирался на Писание и на самый опыт жизни в Духе. Ведь Предание это и есть непрерывная жизнь Духа Святого в Церкви и реагирование на Него людей. А в наше время, мне кажется, плохую службу сослужили некоторые аскетические труды церковных писателей, которые провозгласили принцип «Евангелие через отцов». И я заметил такую вещь, что когда рядом, например, с Евангелием ставится союз «и», да и вообще в таких сочетаниях, как «Христос и что-то там». Вот, «любовь к Богу и любовь к чему-то еще». Вот этот союз «и» каким-то странным образом устраняет первую половину фразы. И когда мы говорим: «Евангелие и ...» – это значит, что от Евангелия ничего не остается, и будет только то, что идет после «и». Вот «Евангелие и Предание» – это значит, что Евангелия не будет на первом месте. Здесь нужно сказать, что на самом деле, конечно, Священное Писание нельзя принимать в отрыве от опыта Церкви. Но нужно различать такую важную вещь: догматическое понимание Писания, действительно, возможно только – применяя эту формулировку – «только через отцов», потому что только полноценный, полный опыт Церкви выявляет то, что порой в Писании бывает скрыто, и это относится именно к догматической, познавательной стороне – то, что мы знаем о Боге. Но вот с нравственной точки зрения Писание, на мой взгляд, самодостаточно, и если мы рядом с нравственными требованиями, особенно Нового завета, будем ставить что-то еще, то, как правило, эти евангельские требования будут размываться и уже терять свою такую «категорически императивную» функцию. ( далее )А искушение заключается в том, что евангельскому идеалу, достаточно ясному, на самом-то деле противопоставляются воспринятые сквозь призму той или иной исторически преходящей общественной идеологии те или иные мнения святых отцов. И на основе этих мнений, на основе их конкретных, частных суждений выстраивается некая универсальная мораль, которая подчас просто отодвигает на второй план мораль евангельскую. ( Далее ) Вот в наше время, например, очень многие предания, о которых сказал отец Георгий, основываются на том, что эта любовь убирается в сторону. И на первый план выставляются какие-то иные вещи – например, стояние в истине. И даже есть церковные писатели, в частности, есть такой писатель русского зарубежья архиепископ Аверкий (Таушев), который прямо и настаивал на том, что любовь не может быть без истины, а под истиной он понимал безблагодатность сергианской церкви, например, в конкретном историческом контексте. И подобного рода человеконенавистническая идеология подавалась как истинное Православие, истинное христианство. Мне кажется, если любовь убирается из поля зрения, как не то, что из нас должно исходить в мир, но как то, к чему мы, по крайней мере, должны стремиться непременно, вот тогда христианство исчезает и остаются падшие стихии мира сего, которые просто прикрываются высокими словами, и это как раз то, что вызывало гнев Христа – единственное, что вызывало Его гнев, – это фарисейство. Эта подмена подлинного смысла Богопочитания и любви к Богу и человеку чем-то иным, под каким бы то ни было предлогом. И до сих пор и всегда это вызывает и будет вызывать гнев Божий. Продолжение следует
 В этом году День памяти всех русских святых пришёлся прямо накануне Дня памяти замечательного нашего отца Георгия (которому празднуем завтра, 22 июня). И проповедь отца Петра совсем в духе отца Георгия, который и знал, что такое святость и святые (сей был их рода), и лицо нашего современника видел тоже без розовых очков.
igpetr Игумен Петр (Мещеринов) Слово в день памяти Всех русских святыхВ сегодняшний праздничный день, посвящённый памяти всех святых, в земле Российской просиявших, вспоминается страшный упрёк Господа, обращённый Им к богоизбранному народу: горе вам, что строите гробницы пророкам, которых избили отцы ваши (Лк. 11, 47). Не просто так возникает эта ассоциация – ведь многие церковные русские люди также почитают русский народ «богоизбранным». Но русская святость, и в особенности – самая близкая к нам святость XX века выявилась вопреки всему устроению нашей жизни. Если остановиться вниманием на последнем периоде нашей отечественной истории, то это видно особенно ясно: и бесчисленные мученики, и святители, и преподобные, и праведные, и святые жёны прошлого столетия всей своей жизнью, вплоть и до смерти, противостояли тем началам, по которым жила Россия в XX веке. Характерна в этом контексте и сама служба нашего праздника. Написанная святым исповедником, святителем Афанасием, епископом Ковровским, который сам прошёл через все круги советского ада, она, я бы сказал, избыточна словами; богослужебные тексты твердят о Святой Руси – и твердят именно потому, что Святая Русь кончилась. Я думаю, что святителем Афанасием при составлении этой службы руководило подспудное желание – оставить Святую Русь хотя бы в молитвенных словах, коль скоро её уже невозможно было найти в жизненной реальности… Так избыточна и декламационна современная патриотическая пропаганда: в оскорбление всякого здравого смысла и нравственного чувства она выдаёт желаемое – «вставание с колен», «величие» и т.п. – за действительное. На самом же деле Россия в XX веке отказалась от своей святости. И этот отказ с полною силой продолжается и поныне. По всему устроению нашей современной жизни Россия – страна, вне всякого сомнения, антихристианская, «антисвятая». Но если так артикулировать прямо – не в качестве очередного, набившего оскомину уже, назидания или лозунга, а в глубине сердца, самому себе, как принадлежащему русскому народу и русской жизни – то это мучительно и невыносимо. Поэтому и идёт в ход подмена подлинной Руси c вятых, которых народ гнал, побивал камнями и распинал, мифической и безответственной « Святой Русью». Почтить память русских святых по-христиански – значило бы стремиться быть, как они. Разумеется, это не значит творить чудеса, как св. прав. Иоанн Кронштадский; и не измождать себя пачеестественными молитвенными подвигами, как преп. Серафим Саровский; и не держать непрестанно ум во аде, как преп. Силуан Афонский. Это значит – оценить себя и свою семью, свой род, свою страну по-евангельски: назвать зло – злом, грех – грехом, белое – белым, а чёрное – чёрным. Перестать гордиться, и в страхе Божьем (Рим. 11, 20) начать стараться по-христиански жить: по-доброму относиться к ближнему, быть милостивым, не лгать, не холуйствовать, не поклоняться деньгам и имуществу, не делать абортов, хранить супружескую верность, воспитывать детей в любви и истине, не превращаться в стадо, ликующее по поводу Евровидения – быть, в конце концов, людьми. Любить Бога и ближнего. Ничего этого нет и не предвидится. Вместо этого у нас есть ликование о прошлом, выраженное, в том числе, и в восприятии сегодняшнего праздника. Для людей, знающих литургику, это обличается многими вещами – например, тем, что в нарушение церковного Устава и в попрание всякого церковного богослужебного вкуса мы на час преклоняем голову и в отпусте литии на Всенощной слушаем утомительное перечисление имён наших святых… Сегодняшний праздник – для нас всех прежде всего великое обличение. Не ликовать вообще-то нужно, а осознать – и именно в небесном свете святости наших святых соотечественников – как оскорбителен для их памяти поток хвалебных, сотрясающих воздух молитвословий, если эти молитвословия не подтверждает наше собственное «усилие святости». Лишь начав стараться мыслить и жить по-евангельски, мы сможем приблизиться к нашим святым и именно этим почтить их. Если будет так, то наша долгая молитва к ним будет законна и праведна. Если же нет, если мы будем увеличивать поток слов и имён, преклоняя главы и на два, и на три часа, но без того, чтобы по-христиански мыслить и жить – увы, мы будем, почитая память русских святых, только лишь строить гробницы нашим пророкам. Да не будет сего. Аминь.
Как же важно, что есть отец Пётр (Мещеринов)! Если бы его не было, его следовало бы придумать )
Вот абсолютно точно на тему сегодняшнего дня. Про различение России и - "России", про покаяние, про вставание с коленок..igpetr Трагедия России(Выступление на презентации книги церковного историка, профессора СПбДА, члена Синодальной комиссии по канонизации протоиерея Георгия Митрофанова «Трагедия России. "Запретные" темы истории ХХ века» (СПб., издательство «Ладан», 2009) 19 мая в петербургском Музее Анны Ахматовой в Фонтанном Доме.)
В размышлении над прошлым России и Русской Церкви, оценивая их настоящее и думая об их перспективах, мы (то есть наше церковное общество) странным образом преуменьшаем значение советского периода отечественной истории (я уж не говорю о весьма ощутимой тенденции советское время восхвалять). Большинству кажется: был такой эпизод в нашей жизни – и прошёл, и мы – вновь Великая Россия, вновь Святая Русь. Но на самом деле большевизм Россию – не больше, не меньше – стёр с лица земли. Традиции почти тысячелетнего духовного, культурного и общественного развития нашего отечества в советское время оказались не просто сломлены, а с корнем выкорчеваны и с жестокостью, не имеющей аналогов в истории, уничтожены. Большевизм, по выражению Варлама Шаламова, смертельно растлил душу русского народа; лучшие его качества были целенаправленно и цинично сведены к нулю, а худшие – культивированы до максимальной степени. Россия как цивилизация и христианская культура, как живая преемственная традиция, закончила свое существование. Мы живём в совсем другой стране. Само слово «Россия», которое мы употребляем сейчас, является не синонимом исторической России, а абсолютным антонимом. ( Понятно теперь моим читателям, какую Россию я люблю, а какая вызывает только ужас и жалость? Для различения я даже не использую то же слово, потому что это нельзя назвать Россией - tapirr) Такая точка зрения сейчас не только непопулярна, но идёт вразрез с сегодняшней идеологией – идеологией как общественной, так и, увы, церковной. Главная характеристика её – триумфализм: мы самые великие, самые духовные, у нас самая лучшая история и самое великолепное настоящее; а если и встречались кое-где у нас порой отдельные недостатки, то это потому, что высоконравственный и высокодуховный наш православный народ постоянно подвергался козням коварного, еретического, бездуховного и растленного Запада. Короче говоря – мы встаём с колен (то, что при этом голова остаётся лежать на земле, мало кого заботит). От этого безумного морока можно было бы по-настоящему впасть в уныние, если бы среди него не раздавались, пусть даже и единичные, голоса людей, называющих вещи своими именами и оценивающих прошлое и настоящее с позиции исключительно евангельской и исторической правды. ( Далее ) По мысли о. Георгия две важнейшие вехи того уничтожения России, о котором я говорил в начале своего выступления – это поражение Белого движения и победа СССР во Второй мировой войне. Историческая Россия – не как государство, а как духовная, культурная и национальная традиция (фантастической иллюзией возрождения которой живут сегодня многие церковные люди) – погибла на полях Гражданской войны; её осколки ещё многие годы сохранялись в эмиграции. О. Георгий даёт подлинную духовную оценку этому событию: народом нашей страны было отвергнуто христианское мировосприятие – и именно в этом главная причина того, что Белое движение не было поддержано русскими людьми. Война же 1941 – 1945 гг. примечательна для церковно-исторического анализа о. Георгия тем, что победа в ней лишила наш народ и самой возможности покаяния. Поэтому столь пристальное внимание обращает автор на генерала Власова. Массовое сознание воспринимает его только как предателя; о. Георгий увидел в нём то осознание ошибочности выбранного Россией пути, которое должно было бы быть у всего нашего народа. Победа этот росток покаяния задавила окончательно. После публикации таких текстов о. Георгия перед нами неизбежно встаёт вопрос: а что нам с этим делать? ( далее )Я поясню свою мысль. Покаяние не есть какое-то кликушески-истеричное индивидуальное или социальное самобичевание, на практике приводящее не к приближению ко Христу, но к ещё более увеличивающейся неадекватности. Покаяние начинается с трезвого осознания в свете Евангелия своего положения, с нравственной христианской оценки прошлого и настоящего – как личного, так и общественного. Сегодняшний дух триумфализма и квасного ура-патриотизма, ликующего по причине побед хоккейных команд и прочих бессмысленных вещей этого рода, наибольшим образом препятствует такому покаянию. Но без него мы просто погибнем окончательно. Россия уже взвешена на страшных Божьих весах, она уже найдена слишком лёгкой (Дан. 5, 27). В России не осталось народа, вместо него – атомизированное население и паразитирующая на нём верхушка, плоть от плоти этого населения. Русская нация уже умерла духовно и нравственно, и вслед за этим умирает физически. Спасти – уже не народ, а отдельных, частных людей, не желающих гибнуть – может только коренной перелом в общественном мировоззрении. Начаться же он может только – если даже не употреблять слово «покаяние» – с критического осознания прошлого и настоящего. ( Задача Церкви )
Не дерзая сравнивать себя с пожилым заслуженным пастырем, исповедником веры отцом Павлом Адельгеймом adelgeim, не могу не отметить интересную вещь: только пару часов назад я вспомнил Мф. 23:15 в связи с миссионерским пылом у некоторых (при желании проповедовать не Иисуса, а "идею православия") , как открываю и читаю у отца Павла: "Распространять сусальные картинки церковной жизни, замалчивать её язвы и мифологизировать гораздо вреднее, чем открыто и трезво обсуждать церковные проблемы. Неутверждённые должны осознавать, куда и зачем идут. В церковь не следует затаскивать обманом. Прежде, чем заниматься миссионерством, нужно отменить в церкви крепостное право, чтобы не повторить ошибку, осуждённых Христом: «горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного; и когда это случится, делаете его сыном геенны, вдвое худшим вас»(Мф.23,15). Тут уже вопрос отца Петра (Мещеринова): а куда мы приведём людей? Что дадим им в результате?..
Материал ещё от декабря, но я только сейчас внимательно прочитал: Пастырский семинар, посвященный практике подготовки к Причащению, состоялся в Даниловом монастыре на эту же тему( Читать )
Представьте, я так люблю отца Петра igpetr (Мещеринова), а до вчерашнего дня не слышал знаменитый ремикс "Молиться, поститься и слушать Радио Радонеж". Для ремикса использована речь отца Петра igpetr, где он пародирует подход к жизни, вере и к людям православия мрачного, начётнического, закрытого. Такого, которое обычно называют "мракобесием". Не правы те, кто думает, что православие единообразно. В нём есть довольно полярные явления. Как светлые, так и тёмные. Надо уметь выбирать! Видео-ролик очень хорошо сделан, по фильму Звездные Войны. Текст: ( Read more... )Кстати, в продолжение вчерашнего текста (был весьма обсуждаем) он написал продолжение. Жёстко. Но всё правда.
   
Картинка отсюда: "Если брать категории Платона или Гегеля, то категорию правды, бескомпромиссной и нелицеприятной В Церкви воплощает только один человек - игумен Петр (Мещеринов). Эту же категорию в мировой культуре воплощает Чак Норрис. За это он любим всеми, особенно молодежью. Околорелигиозные культы вокруг кого попало не зарождаются.
Я серьёзен."
Игумен Пётр (Мещеринов) igpetr о том, в какаую Церковь мы зовём людей, и куда они попадают.
"Миссия – это вот что: мы зовём людей «внешних» к себе, «вовнутрь» Церкви. Это можно и по-другому сказать: «Церковь выходит (или идёт) к людям», «Церковь ответственна перед теми, кого крестила», или ещё что-нибудь. Дело не в словах, а в сути. А суть та, что миссия приводит людей внутрь Церкви. О формах этого «привода», о его современной фактуре, наконец (главное), о содержании его и пишет о. Андрей и немногие другие труженики на поприще миссионерства. Вот mein Freund vadimb об этом же весьма выразительно написал. Проблема тут вот в чём. Миссия, как её описывает о. Андрей ( книга «Перестройка в Церковь»), создаёт определённый образ Православия и призывает в него. Это глубокая евангельская и святоотеческая традиция, подлинное христианство, в котором человек обретает жизнь во Христе, радость, свободу, мудрость, бессмертие. Но такое Православие находится в голове и душе о. Андрея, меня (уж дерзну поставить себя в этот ряд) и ещё нескольких сотен, может быть, нескольких тысяч российских православных христиан. К реальной церковной жизни такое Православие отношения почти не имеет, в реальности православие другое: жёсткое храмовое благочестие, авторитарно-мистифицированное духовничество, духовно-нравственная неадекватность, аскетизм по принципу «человек для субботы» и ностальгически-монархическое политиканство (я выношу за скобки коммерцию, случаи грубой безнравственности и проч., как не сущностные в данном контексте). Я безоценочно всё это говорю, как факт. Реально сегодняшнее русское православие именно такое. Можно сколько угодно говорить, что это подмена, мимикрия, «неправославие» – но тем не менее, не номинально, не «частным образом», а как традиционно-общественная реальность наше православие именно такое, и никакое иное. В связи с этим встаёт вопрос: куда мы зовём людей? Вот люди, поверив нам, пришли: что дальше? А дальше то, что мы в нашей миссии звали людей в южные страны, а они оказались на лютом севере. Ответственны ли мы, что люди не взяли с собой тёплой одежды? Ответ на этот вопрос вот какой. Есть два пути. 1) Первый путь. Приводить внутрицерковное в соответствие с миссионерским. Тогда с неизбежностью следует вот что: Миссия = Реформация. И именно так. И только так. Если мы сейчас серьёзно займёмся миссией и призовём людей отвне вовнутрь, то нам неизбежно придётся всё менять: изменять богослужение, духовнические подходы, отменять или крайне послаблять посты, отказаться от связки «Православие – Империя», созидать общины (о маловероятности чего я уже говорил, и ещё буду писать). Но что значит «отменить»? ведь смысла просто в отмене чего-либо нет, если не дать взамен по меньшей мере нечто равноценное, если не большее. Что же? Здесь terra incognita. Поэтому (я опять безоценочно) в своём контексте совершенно правы «антимиссионеры». Они отчётливо видят и чувствуют то, что успешная миссия неизбежно приведёт к реформам; а миссионеры об этом умалчивают, может быть, боясь признаться в этом самим себе. Книга о. Андрея вся прямо-таки приводит к этому выводу, но сам вывод не делается. Миссионеры говорят: миссия – да, реформы – нет. И сам я так говорю, хоть я и не миссионер, а катехизатор. Тем не менее от логики никуда не убежишь. Реформы… хорошо это или плохо? Объективно изменения совершенно необходимы, иначе Православие ждёт закукливание по образцу коптов, армян, яковитов и т.п. Субъективно… не знаю. Нужно над этим думать и работать всею Церковью, а не просто о. Андрею и его сподвижникам болеть за дело миссии и уже прямо-таки кричать об этом. Есть ли ресурс у нашей Церкви для этого? Желание священноначалия очевидно; насчёт реального ресурса – не знаю… 2) Второй путь. Исходя из сегодняшнего положения вещей: приводить миссионерское (я не про формы – формы как раз могут быть какие угодно: рокеры, байкеры, дискотеки и проч… я именно про суть, содержание миссии) в соответствие с внутрицерковным. И тогда нужно говорить людям правду – не о прекрасном, глубоком, истинном и спасительном Православии, которое находится в книгах и в опыте десятка (не более) наших миссионеров. Такого Православия люди, привлечённые миссией, не найдут в нашей церковной жизни. А нужно говорить о том православии, которое есть. Никакой свободы. Рабство у духовников. «Яко свиния лежу в калу». Субкультура «Религии Еды» и «Религии Лексики». Зомбирование неадекватно представленными «Святыми Отцами». Имперская идеология. Деньги и чинопочитание. Вот, дорогие люди, куда мы вас зовём. Позвали бы в другое, но другого нет. Запаситесь зимнею одеждою. – Но зачем мы туда пойдём??? спросят (более чем законно) нас люди. Идти против течения, набивать шишки, продираться сквозь всё это ко Христу «частным порядком». Это доступно – сразу предупредить!! – немногим. Большинство или уйдут, обманутые, потому что миссия и реальность оказались совершенно не соответствующими друг другу; или «совково»-магически мимикрируют в то православие, какое есть. – А что, другого пути нет? У нас в России нет. http://igpetr.livejournal.com/7048.html
Отец Пётр (Мещеринов) igpetr (всем френдить) безмерно радует!
Каждое слово - золото, я считаю. Вот смотрите, что он сегодня пишет: «Ну хорошо, говорят мне. Вот вы всё критикуете (мои оппоненты, разумеется, автоматически подразумевают под этим, что я «Мать-Церковь не люблю»). А вот вы что-нибудь положительное скажите. Критиковать легко; делать-то что? Скажу. В предыдущем постинге я говорил о том, что надежды на «евхаристическо-общинное воспитание» православного христианина не реализуются на практике. Общинность наша – не что иное, как мимикрировавший советский коллективизм, на который очень удачно прилепился ярлык «соборность» (также, как безответственность и отсутствие общественного интереса превосходно разместились под ярлыками «смирение» и «послушание»). Община прежде всего – это (оставляя в стороне Божественный её аспект) солидарность между людьми; когда вместо неё человек сталкивается с подменой её коллективизмом (который агрессивно антисолидарен по природе), он по естественной реакции души убегает от этого прочь, и часто, действительно, в индивидуализм и эскапизм. Но делать-то что? А вот что. ( далее )Но это лирика... Что конкретно делать – подсказывает нам наша история. Наши предки пригласили со стороны править Рюрика, осознав, что своих сил на это нет. Св. Владимир, крестив Русь, привил её на древо инородной для «исконной Руси» цивилизации. Пётр I прорубил окно (очень по-русски, но тем не менее) в чуждую Европу – а без этого не было бы никакой России. И нам сейчас нужно осознать, что своих сил у нас нет, мы только и можем своими силами, что воспроизводить советскую матрицу. Нужно смирить вознесённую гордыню и понять, что нам нужно элементарно учиться. ( далее ) И тогда, лет через пятьдесят, может быть, что-то изменится. Вот единственное, что на самом деле нужно делать. Тогда естественным порядком у аналоев будут постепенно заменяться чудовищные попы, калечащие людей, на образованных пастырей, и, может быть, и в архиерейских кабинетах произойдёт естественная ротация Церковных Губернаторов на подлинных преемников Апостолов Христовых. И тогда, когда пастыри приблизятся к норме своего церковного действования, будет и евхаристическое возрождение, и общинность, и всё, что угодно. А без этого не будет ничего, потому что любая инициатива, выходящая за узкие шоры клерикального мировоззрения, будет жестоко пресекаться сверху (вот, например, так: http://www.interfax-religion.ru/?act=news&div=29486). ( Там перл, кстати - "Архиепископ при этом напоминает иеромонаху "о существующей православной традиции супружеского воздержания на период постов, которая хотя и не получила отражения в древних церковных канонах, но имеет своим основанием мнение многих авторитетных церковных писателей и духовников". - tapirr ) ( далее )
Продолжим ссылки на книжку игумена Петра (Мещеринова) igpetr "Церковь и современность. Вопросы и ответы."Часть 1 здесьИнтересные ответы на актуальные вопросы: О вере, о христианском пути( Вопросы, важные для вас )90. В связи с жаркими спорами вокруг абортов, контрацепции и т.п., хотелось бы знать, как и когда, с христианской точки зрения, в будущем ребенке появляется душа?( Read more... )Православие, патриотизм и монархия( Вопросы )100. Кому нужно прославление И.Грозного и Г.Распутина? Церкви или врагам? Исторически запятнанные личности вдруг стали святыми Русской Православной Церкви, именно святыми, не канонизированными Церковью, но почитаемыми многими и многими их сторонниками. Что же происходит? Рисуют иконы, создают братства, агитируют в поддержку причисления к лику святых. А на каком основании?
101. Последнее время меня озаботила проблема некоего раскола внутри Церкви. Наша Церковь имеет две части, одна, то есть священники и миряне являются нормальными членами общества, принимают ИНН, ну и т.д. Представители другой части не принимают ИНН, не дают своим детям паспорта (там три шестёрки), отказываются от пенсии и т.д. Разговаривать с ними невозможно, поскольку все разговоры сводятся к исканию трех шестёрок и мировой закулисе. Никаких разговоров о Христе, о вере нет. При этом они приступают к Таинствам. Это уход в раскол с их стороны? Как относиться к таким людям?102. Почему Русская Православная Церковь Московского Патриархата до сих не принесла никаких извинений за массовое истребление т.н. еретиков (прежде всего, раскольников) в XV-XVIII вв., в то время как Папа Римский принёс официальные извинения за преступления инквизиции и крестовые походы?( Далее )
|
