?

Log in

Предыдущее | Следующее

Также см. здесь
и здесь об Арт Москве


Очередная ярмарка «Арт-Москва» засвидетельствовала, что период героического штурма и прорыва для российского современного искусства закончился. Актуальное искусство превратилось в качественный и респектабельный продукт


Девушки в красных купальниках встречали посетителей галереи Елены Врублевской


Нынешняя «Арт-Москва» уже десятая по счету. Юбилей — хороший повод, чтобы обратиться к статистике и вспомнить прошлое. Сегодня ярмарка целиком занимает три этажа Центрального дома художника на Крымском Валу. В ней участвуют шестьдесят семь галерей из девяти стран мира. Из одной только земли Северный Рейн-Вестфалия приехало десять участников. Если вспомнить, что в 96−м все начиналось с пары десятков наших галерей, с удобством разместившихся в одном зале того же ЦДХ, то юбиляра можно поздравить не только с датой, но и с феноменальным ростом. Но главное не это. Тогда, в середине 90−х, речь шла о том, что у нас в России должен возникнуть рынок современного искусства. Чуть позже — о том, что рынок этот должен быть цивилизованным. Сегодня любой зашедший на ярмарку вряд ли усомнится в том, что попал на праздник цивилизованного рынка — такой респектабельно-буржуазной «Арт-Москва» еще не была никогда.

Раскол       фото:  Э. Логан. Зеркальный портрет Элвиса Пресли


Оглядываясь назад, нельзя не заметить, как менялась и структура самой ярмарки, реагируя, подобно барометру, не столько на изменения в системе рынка современного искусства, сколько на предчувствия этих изменений. Поначалу «Арт-Москва» почти пополам делилась на коммерческие и некоммерческие проекты. Коммерческие — это те, которые покупали свои квадратные метры, где и торговали искусством или привлекали потенциальных покупателей. Некоммерческие проекты, подготовленные кураторами, были по существу небольшими музейными экспозициями, которые создавали прекрасную «раму» для искусства, выставленного на продажу. В некоммерческой части находили свое место и произведения, в принципе плохо поддающиеся оценке в денежном эквиваленте, да и вообще продаже и коллекционированию, например перформансы. При этом художественный уровень коммерческой части тоже старательно поддерживался на высоте — стараниями специального экспертного совета, который даже на арендованных квадратных метрах не позволял галеристам продавать ничего, кроме самого актуального и радикального. Это пункт, по которому «Арт-Москва» разошлась с другой большой ярмаркой современного искусства — «Арт-Манежем».

Дидактически-просветительское начало, представленное на «Арт-Москве» некоммерческими проектами, усилилось с появлением большого раздела, посвященного коллекциям отечественного современного искусства. Расположенные в фойе перед главным залом экспозиции из того или иного частного собрания, снабженные фотографией хозяина и его краткой речью на тему о том, почему он тратит деньги на современное искусство, всегда производили неслабое впечатление. Во-первых, потому, что абстрактный «цивилизованный рынок современного искусства», которого так хотелось, вдруг персонифицировался. Во-вторых, в этих коллекциях зритель встречался с вещами, которые когда-то раньше, на одной из бесчисленных выставок сам мог отметить и полюбить. И вот они куплены, они чья-то собственность, возможно, висят в чьем-то загородном доме, хотя казалось, они так всегда и будут путешествовать по выставкам и ярмаркам. Для потенциального коллекционера это недвусмысленный знак поспешить определиться в своих пристрастиях.

Конечно, проведение в Москве биеннале современного искусства не могло не изменить ситуации. Возникла еще одна площадка — точнее сказать, огромная площадь, — на которой могло найти себе место все самое актуальное и радикальное, некоммерческое и взрывоопасное. Уже на прошлой «Арт-Москве», прошедшей в послебиеннальный год, число некоммерческих проектов сократилось. Это был жест в сторону биеннале: «Пожалуйста, господа некоммерческие, теперь вам туда. Вы теперь не по нашему департаменту». Произошло показательное разделение. Бесприютные, обшарпанные интерьеры Музея Ленина, скульптура из мочи, застывающей на морозе, извергающие душераздирающие звуки инсталляции размером с ветряную мельницу и прочий экстрим — это биеннале. Сияющие белизной залы, просторные стенды, первоклассное освещение и много хороших работ, актуальных, но не издевательских, радикальных, но не плюющих ядовитой слюной зрителю в душу, — это «Арт-Москва». Такой мы ее сегодня и застали.

Картинка рынка       фото: А. Виноградов, В. Дубосарский. «Слава героям концептуализма» из собрания фонда «Екатерина»


В этом году ярмарку предваряла выставка современного искусства из собрания фонда культуры «Екатерина». Это по сути чистые сливки, снятые за десять лет с актуального художественного процесса: полотна Валерия Кошлякова, дуэта Виноградов & Дубосарский и много чего другого, выставлявшегося в разное время в галереях Марата Гельмана, Айдан Салаховой, Елены Селиной. Что касается самой ярмарки, то нельзя не отметить три момента. Во-первых, отечественные и зарубежные галереи не отличаются друг от друга ни уровнем выставленных на продажу вещей, ни качеством экспозиции в целом. Во-вторых, здесь присутствует довольно большое число работ известных западных художников вроде Дэмиена Хирста, братьев Чапменов, Энрю Логана и других. В-третьих, здесь выставлено множество красивых, чрезвычайно красивых вещей. Красивых в самом буквальном смысле: то есть вещей, на которые хочется долго смотреть, про которые хочется понять, как они сделаны, и о которых, в конце концов, можно думать в категориях, применимых к старому искусству (композиция, гармония и т. д.). Не то чтобы раньше ничего подобного мы не видели. Полотна и инсталляции того же Кошлякова, графика и инсталляции Александра Бродского, да и работы многих других наших художников вполне можно определить словом «красивые». Просто такое определение сегодня не в почете, и на это есть свои причины. Во-первых, та же активная пропаганда современного искусства, пытаясь помочь «обывателям» примириться с его, этого искусства, радикализмом, больше напирала на акционизм. В результате у многих непосредственно не причастных к художественному процессу возникло ощущение, что современное искусство — это наложить кучу в музее или порубать в щепки православную икону. Что красивым может быть только салонное, пошлое искусство, но никак не актуальное. И тут вдруг зрителю демонстрируют красивое во всех отношениях — и концептуально, и по исполнению: полотна, инсталляции, не поддающиеся видовой классификации арт-объекты и фото. Как, например, определить выставленные в «Айдан-галерее» огромные фото из серии «Запретный город» Антонио Гирбеса, кроме как «завораживающе красивые»?

И все это на больших, новехоньких стендах, на хорошо распланированной площади, позволяющей одним эффектно представить работы, другим — хорошо их рассмотреть. К тому же общество на выставке такое представительное: богема в экзотических нарядах и известные арт-фрики разбавлены дядечками в хороших костюмах (приехавшими из той самой Северный Рейн-Вестфалии). В общем, чем ни картинка того самого цивилизованного рынка современного искусства, о котором мы мечтали.

Старый телевизор

Получается, период героического штурма и прорыва для российского современного искусства кончился. Вместе с первой «Арт-Москвой» он мог бы стать одним из элементов прекрасной видеоинсталляции «Книга IV. Центральное телевидение», подготовленной издательской программой «Интерроса». Зритель, пришедший на ярмарку, прямо после арки металлоискателя оказывался в темном зальчике, между двумя стенами, сплошь состоящими из телевизионных экранов, и погружался с головой в теплый кисель «Клуба кинопутешественников», программ «Время», «Кабачок '13 стульев'», «Международная панорама» и так далее. Затем все экраны заполонял Брежнев и депутаты какого-то там съезда КПСС, которые несли воодушевленную муть про «партию родную». За ними следовали умилительно архаичные передачи с тетей Валей, за ними картинки с горбачевского пленума и нарезка из трансляций думских заседаний времен перестройки. (видимо, корреспондент тогда под стол пешком ходил - каких думских заседаний?! Думы тогда не было. Зато был Первый Съезд Народных Депутатов - прим. tapirr) Заканчивалось все это «Лебединым озером». И тут ты понимал, что для нас сегодняшних седая древность — не только делегаты партийных съездов вместе с «Кабачком», но и времена как будто не столь уж отдаленные. В том числе те, когда наш андеграунд вставал ногами на «граунд», когда только начинались разговоры о рынке современного искусства. Все это вместе с первой «Арт-Москвой» — картинка из старого телевизора. На нашем сегодняшнем плоском плазменном экране картинка совершенно другая.

Только, конечно, не надо ей верить совсем уж безоговорочно. Любая ярмарка, хоть художественная, хоть сельскохозяйственная, это не только обмен товара на дензнаки, но и большое шоу. Румяные крестьяне в блестящих сапогах, улыбчивые бабы в цветных платках и золотых сережках над кучами курчавой зелени и сверкающих чистотой яиц, приумытая скотина — так выглядит деревенская жизнь только в базарный день. Все остальное время ты встаешь ни свет ни заря, месишь грязь, мерзнешь до костей, машешь до опупения то лопатой, то косой, то вилами, пропитываешься запахом скотного двора и проклинаешь все это вместе взятое. Чтобы потом отдать дань законам ярмарочного жанра.

Юлия Попова
"Эксперт"

Также см. здесь
и здесь об Арт Москве


 







Россия без Путена и Навального!

Comments

( 3 комментария — сказать )
licka_nicka
26 май, 2006 23:02 (UTC)
Огромное спасибо за статью.
tapirr
26 май, 2006 23:08 (UTC)
Спасибо Вам
(Удалённый комментарий)
tapirr
22 сент, 2006 09:47 (UTC)
Что например?

Вопрос к автору? :)

К Поповой? :)
( 3 комментария — сказать )

Latest Month

Июнь 2017
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Метки

Разработано LiveJournal.com
Designed by phuck