tапириани

Плоды примирения
О необходимости люстрации

Заметки о Георгии Чистякове

Голос народа в Церкви. О смысле Поместных Соборов и их необходимости

Сколько в России православных? 1,5% (a, b)

( Ещё ) По вопросам сотрудничества пишите t50901 () yandex.ru

Моя коллекция "Алис" Кэрролла: alice

alice_assortis alice_audio alice_autors alice_cinema alice_episode alice_video carroll

http://sz.aif.ru/society/news/9680

Я думаю, они затеяли эту кутерьму, что б отвлечь общественность от от того, что Медведев в Италии был пьян (и это было сильно заметно)

20 мая 2009, Государственная Дума ратифицировала Европейскую социальную хартию. За внесенный Президентом России законопроект "О ратификации Европейской социальной хартии (пересмотренной) от 3 мая 1996 года" проголосовали 407 из 450 депутатов, сообщает официальный сайт Госдумы.

В связи с этим как в обществе, так и в Церкви разгорелись дискуссии о т.н. "ювенальной юстиции" - особой области права, направленной на защиту прав детей.

Я лично считаю, что по вопросу введения ювенальной юстиции никаких двух мнений быть не может - отсутствие такой юстиции означает только одно: нарушение прав ребёнка.

А нарушение чьих-либо прав (объясняю тем, у кого вызывает непонимание и неприятие слово "права") всегда означает только одно - право кого-то другого на насилие по отношению к нему.

В связи со всем этим привожу

Интервью главы комиссии по общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов и реформированием судебно-правовой системы при Общественной палате Российской Федерации А.Г.Кучерены и

члена Общественной палаты Российской Федерации О.В.Зыкова

пресс-службе Данилова ставропигиального мужского монастыря г. Москвы (взял у belanovskyy)

Часть 1

Часть 2

- Возьмем такой пример: православные родители воспитывают своих детей в определенной строгости, в определенных рамках. Они стараются приучить детей соблюдать пост, некоторые ограничения, не хотят, чтобы их дети попадали в какие-то плохие компании, вступали в связи, недостойные христианина и, таким образом, ограничивают их свободу. И что, ювенальный суд может расценить такое воспитание как насилие над ребенком, если ребенок придет к правозащитникам и пожалуется на своих родителей? Возможна ли такая ситуация?

А. Г. Кучерена: Тут есть опасность впасть в крайность осуждения любого принуждения детей со стороны родителей. Чем меньше ребенок, тем больше прав у родителей обеспечить жизнь ребенка и воспитывать его так, как они считают нужным. Но семья должна подчиняться законам той страны, где она живет и обязана обеспечить безопасность ребенка, как физическую, так и психическую, так и духовную.

Понятно, что для России традиционно Православие. Также, впрочем, для нас традиционно то, что мы называем русской литературой. Родители вправе знакомить ребенка со сказками Пушкина, его стихами и повестями. И это прекрасно. Так же родители вправе крестить детей и знакомить их со своей верой. Дело не в содержании, если мы говорим о том, что присуще русской культуре, а в форме приобщения. Если семья православная и в ней знают и любят русскую литературу, то она обязана познакомить детей с этим наследием, приобщить их к нему. Но, и это понятно всем, невозможно механически вложить в душу ребенка любовь к Пушкину, и тем более любовь к Богу. Если повзрослевший ребенок отвергнет и литературу, и веру, то это лишь будет говорить о педагогической неудаче родителей.

Невозможно жаловаться на то, что у тебя семья верующая или кто-то наизусть знает все стихи Лермонтова. Жаловаться можно тогда, когда есть насилие, то есть бесправное принуждение. Очень часто именно через насилие по отношению к подросткам родители "исправляют" свои педагогические ошибки. Если, понуждая ребенка к религиозным действиям, родители причиняют ему боль, как физическую, так и психическую, то почему бы ребенку не защитить себя? Хотя я искренне не понимаю, как через силу можно воспитывать православие?

О.В. Зыков: Скажу еще вот что. Жизненные, в том числе религиозные ценности, передаются в свободе через совместный опыт жизни и через диалог. Ценности нельзя навязать, их можно только свободно взять и пережить. Другого пути нет. Если ты воспитываешь своего ребенка через диалог, для тебя не составляет большого труда объяснить ему, что можно делать, а что нельзя. Безусловно, ребёнок все равно будет постоянно пытаться экспериментировать, но ты все равно будешь через диалог ему объяснять какие-то вещи, в том числе вещи традиционные для твоей семьи, для твоего уклада, и тем более для православной семьи. Ведь когда маленький человек понимает, зачем ему ограничивать себя и делать добро, он принимает эти ограничения и добро как свой личный свободный выбор, и конфликт снимается. Православие - это, прежде всего личный выбор любить Бога, общаться с Ним, это свобода принять известные нравственные законы.

Если мы рассматриваем ребенка как личность, то нужно убеждать его не через насилие, а через диалог. Поэтому, если мы исходим из той аксиомы, что православие - это свободный личный выбор человека, то никакой опасности для православной семьи быть не может.

- А можно ли вообще как-то квалифицировать по закону, уголовному или семейному кодексу, например, такой родительский запрет, как "не ешь мясо в пост".

А. Г. Кучерена: Нет, конечно, за это никак нельзя привлечь к ответственности. Уголовный кодекс (как и всякий другой) исходит из каких-то понятных норм, а нюансы определяют эксперты. В том числе эти эксперты могут быть православными людьми. Пусть они стремятся к этому! И пусть судьи будут православными, кто мешает православному человеку стать судьей? Еще раз скажу: ни судьи, ни социальные работники, ни эксперты - это не с луны какие-то существа, это - мы. А какие мы, так мы и будем развиваться и выстраивать отношения с собственными детьми.

- Расскажите, пожалуйста, поподробнее про опыт пилотных проектов, потому что о них мало кто знает. Многие слышали, что были пилотные проекты, что опыт был неуспешный или успешный, и все. А в подробности никто толком не вникает.

О.В. Зыков: Ко мне постоянно приходит множество справок, статей, в которых много примеров. То, что запомнилось из последнего. В казачьей станице Егорлык, недалеко от Ростова, организован экспериментальный ювенальный суд.

Например, был там такой случай. Ребята украли с предприятия металлолом, продали его и купили себе сладости. Их задержали. Судья предложил директору предприятия как потерпевшему и ребятам примириться. У них в суде есть специальная комната для примирения, где обвиняемый и потерпевший могут с глазу на глаз поговорить и прояснить все обстоятельства. Оказалось, мальчишки были уверены, что лом этот никому не нужен. Они и не считали, что воруют. Начальник предприятия и деньги за лом, и извинения принял. Сам стал извиняться. Действительно, лом был не очень нужен. Но это же государственный металл, директору за него отвечать приходится. Все закончилось примирением сторон.

Может ли ошибаться в "пилотном" регионе судья? Да, может, особенно сейчас, когда происходят первые какие-то шаги в этом направлении.

- А есть какая-то статистика, которая позволяет судить об успешности пилотных проектов?

А. Г. Кучерена: Есть статистика, которая говорит об уменьшении рецидива в регионах, где были запущены проекты. И это закономерно. Мысль простая: если с ребенком, который совершил первое правонарушение, начинают работать, пытаются понять, что надо изменить в нем и вокруг него, то часто он не возвращается к правонарушениям.

О.В. Зыков: Вот сегодняшняя ситуация. 70% судебных решений - условные наказания, которые не имеют реабилитационного содержания. То есть ребенка фактически провоцируют на повторное правонарушение. И поэтому в различных регионах у нас от 40 до 70% - это рецидивная преступность. То есть сегодняшняя система не работает.

В настоящее время ситуация развивается следующим образом. Ребенок совершил правонарушение в результате того, что так сложились его отношения с окружающим миром и с его внутренней позицией. Судья вынес решение по делу - с точки зрения ребенка: "погрозил пальцем". Ребенок воспринимает это как безнаказанность, он не понимает, что это судебная система, которая ему потом все кости перемелет, переломает, перерубит его личностные, нравственные кости. Он выходит на свободу в ту же среду и с теми же навыками, которые его уже заставили совершить первое правонарушение. Он почти обречен совершить повторное правонарушение. И чаще всего оно происходит - уже тяжкое. Второй суд - и он уже уходит в тюрьму. И это типичная ситуация.

Тюрьма никогда никого не исправляла. Даже самая лучшая. Потому что тюрьма - это ограничение свободы. Ограничение свободы не может помочь развиваться личности. В ограниченном пространстве не может человек делать позитивный выбор. Это ключевая философская проблема, которую мы должны понимать. Или мы исходим из идеи свободы выбора и создаем условия, чтобы человек делал позитивный выбор, или мы пытаемся его заставить, механически ограничить. Чем меньше людей находится в тюрьме, тем лучше для общества. Чем меньше людей проходят эту школу криминального мышления, тем меньше этого криминального мышления за пределами колючей проволоки. Потому что надо понимать, что тюрьмы находятся в том же ментальном пространстве, что и мы, и это криминальное мышление перетекает в общество.

Когда человек выходит из тюрьмы с единым способом выстраивания отношений - через насилие, он будет этот образ жизни переносить в окружающий мир. Тогда автоматически будет появляться все больше людей, которые будут мыслить этими криминальными категориями, причем, как правило, вовлекаются в этот ментальный диалог, прежде всего, люди молодые - незрелые. Когда они оказываются в ментальном пространстве человека более взрослого, с криминальным мышлением, они легко им подавляются. И так строится вся система отношений в обществе.

Поэтому, главная задача - сделать так, чтобы как можно меньше людей попало в тюрьму. Но это не предполагает безнаказанности. Наоборот. Мы говорим о том, что человек совершил правонарушение, и он должен быть наказан. Но это наказание должно иметь реабилитационное содержание. Этот человек должен одновременно восполнить тот ущерб, который он кому-то нанес, и, с другой стороны, он должен сделать нравственный вывод для себя - что можно изменить.

Вот исторические примеры, которые я видел в разных странах. Например, обычная ситуация, когда ребенок занимается бытовым телефонным терроризмом. Раздаются звонки в пожарную службу: "пожар!". Обычная ситуация. Я присутствовал на заседании ювенального суда по этому делу во Франции. И вот там судья присудил этому парню в течение двух недель чистить сапоги пожарных. Класс! С одной стороны, ребёнок в какой-то степени возместил тот ущерб, который нанёс, - он там работал. А с другой стороны, он каждый день видел, какой тяжкий труд у этих ребят-пожарных, он выстроил с ними эмоциональный контакт. Может быть, этот ребенок потом пожарным станет, проникнется той романтикой, которая там безусловно есть. Но это было наказание, которое имело внутреннее содержание, осмысление для ребенка в целом.

Потому что взрослый-то человек не способен из пустого наказания сделать для себя выводы - кроме раздражения оно ничего не вызывает, а ребенок-то тем более не может этого сделать. Должно быть такое умное, гибкое, даже педагогическое судебное решение, которое, с одной стороны, решает проблему ущерба, который нанес ребенок, а с другой стороны, воспитывает его. Но это очень сложная работа, ее может делать только специалист - ювенальный судья.

- Вот в последнее время мы часто слышим, что на западе с богатым опытом ювенальной юстиции дети постоянно берутся за оружие, где-то детей истязают. Как к этому как относиться? Плохо работает ювенальная юстиция?

А. Г. Кучерена: Никакая ювенальная юстиция не является гарантией, что у нас не будет негодяев. Негодяи были всегда и будут всегда. Когда мы говорим о совершенствовании судебной системы, мы говорим о минимизации потерь. Негодяи будут всегда, а общество должно создать механизмы минимизации потерь от жизнедеятельности негодяев. Кстати, еще раз повторяю, мы должны внимательно смотреть на мировой опыт и делать из него выводы.

О.В. Зыков: Нами выпущена книга, где анализируется различный опыт, в том числе, кстати, и ближнего зарубежья. Ювенальная юстиция сейчас развивается в Казахстане, в Узбекистане, в Монголии.

- Скажите, а не будет ли получаться так, что в судебном процессе судья будет заведомо на стороне ребенка? Будет заведомо защищать права ребенка, а не родителей?

А. Г. Кучерена: Может быть и такое. Это будет зависеть от судьи, как и обратная ситуация. Только слово "ювенальный" здесь ни при чем. И сегодняшний судья может так себя повести. Еще раз повторяю: каждый раз мы должны создавать определенные правовые и социальные условия решения конфликтов, а дальше все зависит от того, как судья будет это реализовывать. И если мы с самого начала будем стараться привить будущим специалистам, которые будут носить мантии, главную мысль, что правильный способ защиты прав ребенка - это сохранение его родной семьи, то судья будет также действовать, исходя именно из этого принципа.

- Много говорят о реабилитационных мероприятиях, которые будут включаться в эту систему. Расскажите, пожалуйста, о них поподробнее.

О.В. Зыков: Ну вот, например, такое наказание в истории с пожарными, которые я привел в пример. Наказания могут быть самыми неожиданными. Жизнь она вообще уникальна у каждого человека. И ситуация уникальна. И решение судебное, оно должно быть тоже всегда уникально, но при этом оно - судебное решение. У нас сегодня судебные решения - это способ наказания. Или наказания, связанного с лишением свободы, или наказания отложенного в виде условного наказания. Но в судебном решении сейчас нет индивидуальной программы реабилитации. А она должна быть.

- А как Вы представляете себе обучение судей, которые будут работать в ювенальных судах?

О.В. Зыков: Как и всех специалистов. Мы как раз этим занимаемся. Уже сейчас во многих вузах есть курсы, и даже целые факультеты, посвященные ювенальной юстиции. Есть преподаватели, которые уже сегодня преподают. В текущем году мы выпустим современный учебник, посвященный ювенальной юстиции, который пишет профессор Автономов.

Развитие общества должно способствовать появлению стандартов. В 2003 году нами был издан учебник по социальным технологиям, в котором отражены вопросы, как создавать общество на основе общественной инициативы. Это базовая ценность идеи гражданского общества - сделать так, чтобы люди сами научились решать свои собственные проблемы, а не пытались бы переложить свою ответственность на кого-то, а уж тем более не занимались бы "поиском врагов". Ведь когда люди начинают искать врага? Когда они сами не способны сделать что-нибудь позитивное, а им плохо. Позиция такова: "мне плохо, а я ничего делать не хочу, значит, я должен показать пальцем на кого-то, кто виноват в том, что мне плохо". И тогда возникает тема "поиска врага". А дальше все по всем известной схеме - врага надо уничтожить.

- С какого момента запускается "машина" ювенальной юстиции? Просто любой человек приходит в соответствующий орган и подает заявление? Например, сосед придет и скажет: "Я вот там слышал то-то и то-то"?.

А. Г. Кучерена: Да. И также это происходит сегодня. Ювенальная юстиция, закон сам по себе не меняет поведения человека, не меняет отношения внутри семьи, он создает правовые условия, которые позволяют оптимально решать ситуацию, когда конфликт зашел в такие крайние формы. Тем более что мы обсуждаем тему ювенальных, а не семейных судов. Мы говорим, прежде всего, о судах в отношении ребенка, который совершил правонарушение, хотя при этом я понимаю, что по мере развития суды будут рассматривать и ситуации, когда ребенок находится в опасности, когда правонарушение совершается против несовершеннолетнего. Ювенальный суд будет рассматривать ситуацию криминальную, или около криминальную, или потенциально криминальную. Он не будет разбирать семейные отношения, если там нет какого-то серьезного повода, чтобы беспокоиться о возможном криминале.

- Есть такая пословица, что не надо выносить сор из избы. Может ли быть такое, что ювенальная юстиция будет дискредитировать конкретно взятую семью в глазах общества? Правоохранительные органы будут проявлять к семье повышенное внимание, соседи будут шептаться, родители себя будут чувствовать неуютно и т.д. Не повредить ли это самой цели - воспитать, исправить ситуацию?

О.В. Зыков: Я думаю, здесь должна быть найдена та разумная граница, которую мы все - участники взаимоотношений должны будем выдерживать в деле с конкретной семьей. Это вопрос нашей нравственности или безнравственности. Это не вопрос писаных законов, это вопрос неписаных законов. От того, что мы напишем в федеральных законах, нравственные законы не будут меняться. Нравственные законы первичны. А законы писаные должны подкреплять ту нравственную систему отношений, которая уже есть в обществе. Будут стучать сосед на соседа? Так это и сегодня происходит. Будет ли ювенальная юстиция провоцировать людей к тому, чтобы стучать? Нет. Если у человека есть желание настучать, он и сегодня настучит. При этом сегодня непонятно, что из этого получится. А если будет специализированный суд, будет возможность более объективно рассмотреть такой "стук".

Кстати, я совершенно не исключаю ситуацию, когда такое "стучание" оправдано. Если сосед каждый день слышит, как над ребенком издеваются, то я не думаю, что он имеет нравственное право молчать и не обращать внимание на беззаконие. Другой вопрос, что я сам сделаю в таком случае, попытаюсь ли, например, сам пойти к соседу и с ним объясниться. В моей подъезде, например, есть пьянствующая мать, у нее ребенок, который страдал от маминой болезни. Я ходил к этой матери, пытался объясняться. Поскольку у меня есть детский приют, который я организовал, я, в конце концов, взял этого ребенка за руку и отвез в этот приют. Попытался сделать так, чтобы эта мать стала выздоравливать. Какое-то время она выздоравливала, потом перестала выздоравливать. Ребенок все равно оказался в интернате, тем не менее, он не потерял какого-то общения с матерью, но это общение было ограничено ее пьянством. Важно понять, что общение было ограничено не законом, а ее пьянством. При этом она в дальнейшем была ограничена в правах по закону, но в основе этого ограничения было асоциальное поведение матери, и не что иное. То есть каждый раз решение очень индивидуальное, но каждый раз, с моей точки зрения, вся система - и судебная, и любая другая - должна исходить из идеи сохранения родной семьи. Может ли быть другое решение? Могут ли ошибаться? Могут, все бывает.

- Противники ювенальной юстиции часто утверждают, что нельзя вообще каким-либо образом вмешиваться во внутрисемейные отношения, родители же лучше знают, как воспитывать своего ребенка. Если кто из них ударил своего ребенка, то, мол, это элемент воспитания и так далее. Как вы это прокомментируете?

О.В. Зыков: Идеальных отношений нет, и с собственными детьми тоже. Если ты ударил собственного ребенка, ты уверен в своей правоте, а потом ты ему умудрился объяснить, почему ты его ударил, то, наверно и такие взаимоотношения возможны. Но вот ситуации, когда ты его ударил и ничего не объяснил, приведут к тому, что твоя семья развалится, или ты воспитаешь садиста. Тогда не удивляйся, что когда этот ребенок станет взрослым, он тебя тоже ударит. Он просто с детства без всяких объяснений усвоит основанную на насилии систему отношений. Люди всегда воспроизводят те штампы поведения, которые усваивают в детстве, другого не дано. Тогда пусть такие родители не удивляются.

Многим людям для решения своих проблем необходимо обсудить свое поведение с третьим человеком - на исповеди, или в другой какой-то форме. А если человек скрывает от самого себя свой грех, отмахивается от него, значит, он не хочет решать проблему. И очень часто взрослый человек свою личностную, нравственную несостоятельность вымещает на собственном ребенке. Иногда это принимает совсем брутальные формы - просто приходит и избивает мать, жену, ребенка. И даже дело не в том, что он садист, а в том, что он таким образом решает свои проблемы, что вне семьи он чувствует себя ничтожеством, а в семье - богом. Это система психологической компенсации. И конечно, такой человек не хочет, чтобы кто-то еще обсуждал с ним его внутрисемейные отношения. Это не вопрос воспитания ребенка, это вопрос самокомпенсации собственной греховности и несостоятельности.

А. Г. Кучерена: Здесь суды и писаные законы ни при чем. Если ты грешен, если ты боишься, что твои взаимоотношения с собственным ребенком покажутся неприличными для всего остального общества, то да, ты тогда боишься ювенальной юстиции или чего-то еще. Но если ты считаешь, что твой метод воспитания оправдан, естественен, нормален, то что тогда скрывать?

- Семья должна строиться на отношениях любви, терпения, доверия, жертвенности. Когда дети и родители начнут выяснять свои отношения через суд, не разовьет ли это в них какое-то недоверие, нелюбовь?

А. Г. Кучерена: Просто не надо доводить до суда. Я думаю, что когда ребенок пошел подавать в суд на своих родителей - это очень запущенная ситуация. Значит, что-то очень плохое происходит в семье и очень долго. И каждый раз нужно индивидуально разбираться, что произошло.

О.В. Зыков: Ювенальная юстиция в своей сути несет идею терпения и терпимости, примирения и восстановления. Потому что уже в сегодняшних пилотных проектах почти автоматически стало развиваться восстановительное правосудие. У нас в законе есть технология примирения, но обычный суд ей не пользуется, потому что у него нет такой сверхзадачи. А ювенальный суд автоматически приходит к пониманию, что лучше всего примирить виновного и пострадавшего, а не только наказать за правонарушение. Дети вообще склонны примиряться. Но чтобы это использовать, нужно создать условия, в том числе и правовые, чтобы ребёнок понимал, что примириться лучше.

Я часто наблюдаю ситуации, когда возникает какой-то конфликт между детьми, который потом перерастает в конфликт между родителями. И смотришь, дети уже помирились давно, но родители не дают им мириться, потому что родители в отличие от детей не склонны примиряться. Взрослый человек все время будет тупо отстаивать свое право доминировать.

И с моей точки зрения, ювенальная юстиция способна привнести идею примирения вообще во всю судебную систему. И, по-моему, эта идея - восстановления и примирения, терпения и терпимости - вполне укладывается в христианскую нравственность.

- Последний вопрос. В СМИ обсуждалась позиция отстаивающая презумпцию виновности родителей. Как вы это прокомментируете.

А. Г. Кучерена: Это не имеет к ювенальной юстиции никакого отношения. Если детская специализация в нашей стране будет введена, то она так же, как и все законодательство, будет основана на презумпции невиновности. Это очевидно.

Возможно разве что вот какое понимание указанной позиции. Если есть ребенок и есть свидетельства, что он систематически подвергается насилию, то первым делом стоит спросить родителей о происходящем. К примеру, ребенок весь в синяках и ссадинах, и раны разной степени заживленности, то понятно, что он не просто "упал с велосипеда". Вполне можно спросить родителей. И спросить так, чтобы они доказали свою непричастность к насилию. И тогда цепочка может быть раскручена до выявления истинных виновных. Если же есть угроза жизни ребенка, например, опасные раны, и источник происходящего не ясен, то вполне возможно изъять ребенка в безопасное место до выяснения обстоятельств.

К. Борисова

пресс-служба Данилова монастыря

май 2009 г.

20 мая 2009, Государственная Дума ратифицировала Европейскую социальную хартию. За внесенный Президентом России законопроект "О ратификации Европейской социальной хартии (пересмотренной) от 3 мая 1996 года" проголосовали 407 из 450 депутатов, сообщает официальный сайт Госдумы.



Интервью главы комиссии по общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов и реформированием судебно-правовой системы при Общественной палате Российской Федерации А.Г.Кучерены и члена Общественной палаты Российской Федерации О.В.Зыкова пресс-службе Данилова ставропигиального мужского монастыря г. Москвы

Что такое ювенальная юстиция

- Для начала уточним, что такое "ювенальная юстиция" - это будет что-то новое для России? Это только специальные суды для малолетних или же это какие-то еще дополнительные мероприятия и процедуры?

А. Г. Кучерена: Само утверждение, будто мы создаем что-то исключительное, что-то абсолютно новое для нашей страны или тем более для мира не имеет под собой никаких оснований. Там где есть дети и хоть какие-то законы, есть специализация этих законов, это и есть, говоря в общем, ювенальная юстиция. Иными словами, ювенальная юстиция - это некие правовые процедуры, адресованные детям. Дети в силу своего возраста имеют в отличие от взрослых другой правовой статус, который обусловлен биологическими и психологическими особенностями. Ребенок не может иметь те же самые права и ту же самую ответственность (а это неизбежно сопряженные вещи), что и взрослый совершеннолетний человек. Любое цивилизованное общество на современном этапе, так или иначе, учитывает это.

Говорить о том, что в нашей стране совсем не было ювенальной юстиции, ошибочно, она была и есть. Другой вопрос, в какой форме она существует и в какой форме мы хотим, чтобы она существовала.

О.В. Зыков: Известно, что в Российском Государстве начала прошлого века (в период с 1910 по 1918 гг.) была ювенальная юстиция и именно с этим названием. Более того, она называлась автономной ювенальной юстицией. В советский период без особого названия, безусловно, так же была ювенальная юстиция. Но, очевидно, она была построена исходя из того идеологического, политического, экономического устройства, которое имело СССР. На тот период что-то работало хорошо, что-то нет, но оно было плоть от плоти советским, а значит, исходило из тоталитаризма и вполне своеобразного понимания человека как личности.

На данный момент мы имеем систему, выросшую на той советской почве в условиях, когда вопрос защиты прав детей был и есть периферийный для нашего общества, и это важно понимать. Никто не ставит и не может ставить задачи воссоздать ювенальную юстицию имперской России, но оценить опыт тех лет, понять природу автономной ювенальной юстиции, которая была в истории нашего государства, мы должны. То же можно сказать и об опыте других стран.

- Создавая ювенальную юстицию в России, мы в основном будем опираться на западный опыт, но опыт показывает, что копирование чужих систем не приводит к положительным результатам.

О.В. Зыков: Дело в том, что нет нужды копировать "западные" модели. Необходимо, понимая происходящее в нашей стране, изучать опыт и "запада", и России и на основе этого создавать эффективную систему защиты прав детей, в которой главным способом защиты ребенка будет сохранение его родной семьи. Надо подчеркнуть, что это ключевая идея. Никто и ничто не может соперничать с семьей по тем воспитательным возможностям, что в ней заложены. Как ни была изуродована семья, необходимо прежде всего приложить все силы на ее исцеление. Если становится ясно, что семья разрушена настолько, что несет угрозу жизни и здоровью ребенка, тогда необходимо думать о других направлениях работы.

- А как быть с известным опасением в обществе, что с введением ювенального правосудия за малейшие просчеты родителей их будут лишать родительских прав?

А. Г. Кучерена: Трудно понять, откуда возникла мысль, что кто-то желает отбирать детей у родителей. Скорее всего, это реакция непрофессионального народного сознания на единичные примеры неоправданно жесткого поведения определенных социальных работников на "западе". Необходимо признать, что ошибки есть всегда, везде и у всех - и на "западе", и не на "западе". Понятно, что каждый конкретный случай требует оценки и осмысления. И если на самом деле кто-то из каких-то социальных работников где-то в какой-то стране не оценил ресурсы конкретной семьи, не использовал их для сохранения этой семьи и помощи ребенку, а создал условия, в которых семья была разрушена - это профессиональная ошибка.

Уже было сказано, что главный смысл идеи защиты прав детей - стараться создать такой правовой и социальный механизм, который будет максимально поддерживать, восполнять, мобилизовать те ресурсы, которые есть в конкретной семье, где ребенку нужна помощь. Но для того, чтобы это произошло, должны быть созданы и правовые, и социальные условия.

О.В. Зыков: Мало кто знает, но именно сегодня семьи разрушаются, потому что органы опеки не имеют судебной ответственности и творят произвол в отношении семьи. Все дело в том, что именно сейчас условия благоприятствуют произволу и насилию, в том числе со стороны чиновников. На данный момент нет четких юридически закрепленных критериев оценки благополучия/неблагополучия семьи. Нет сферы ответственности, закрепленной за органами опеки, например. Их ошибки не могут быть контролируемы и проверяемы.

Об этом говорят страшные цифры, которые мы находим в официальных отчетах. И эта ситуация с годами ухудшается. На сайте уполномоченного по правам детей представлены официальные данные. В Москве в 2001 году родителей лишили родительских прав в 1300 случаях, в 2008 - таких случаев было более двух тысяч, почти 2100. И это, заметьте, без какого бы то ни было юридического закрепления понятия ювенальной юстиции, это происходит здесь и сейчас.

Понятно, что, в каждой конкретной ситуации, с которой сталкиваются существующие ныне службы, нужно принимать индивидуальное решение. Я не знаю, насколько справедливо было решение в части каких-то семей, лишенных родительских прав.

Но порой лишение родительских прав - это единственный способ оградить ребенка от насилия. Есть, например, очередной случай, который мне известен. Отчим сексуально насиловал своего приемного сына, начиная с 9 лет в присутствии матери. Понятно, что у этой семьи нет будущего, здесь должна быть уголовная ответственность. И совершенно другая ситуация, когда в семье есть психологический конфликт в силу педагогической несостоятельности родителей. Ребенок начинает уходить из семьи. Для социальных служб - это симптом, который они должны вовремя заметить и построить некую систему поддержки семьи, помочь в решении психологических проблем.

Но все это нужно юридически урегулировать. На данный момент правовые процедуры не отвечают сложившейся ситуации.

- Скажите, откуда вообще берется проблема насилия в семье? Не выдуманная ли она, не преувеличена ли искусственно? И если такая проблема действительно есть, что может предложить ювенальная юстиция?

О.В. Зыков: Проблема нисколько не преувеличена и не выдумана. Если вам интересно, можете почитать издание "Черная книга", которое было выпущено в 2008 году Российским благотворительным фондом "Нет алкоголизму и наркомании". В ней на основе материалов СМИ собраны факты жестокого обращения с детьми. Это отражение реальных процессов в обществе.

Я хорошо понимаю, что все те маньяки и насильники, которых мы сейчас наблюдаем - это на 99% продукт насилия над ними в детстве.

Мне представляются странными разговоры о том, что с помощью насилия можно воспитать полноценную личность - развитую, умную, способную отстаивать свои интересы. Каждый раз, когда меня спрашивают, что нужно сделать, чтобы ребенок не употреблял наркотики, не производил какие-то мерзкие действия, я говорю: воспитать личность. Внутренний ресурс человека гораздо важнее, чем какие-то внешние запреты, увещевания: не употребляй наркотики, не пей водку. Это должен быть его внутренний выбор: не употреблять наркотики, не пить водку, не насиловать ближнего.

Воспитать личность можно только в диалоге с личностью, вообще с пониманием, что твой ребенок - это личность. Если ты ребенка насиловал, считая, что ты его таким образом воспитывал, значит он будет это насилие воспроизводить, и тогда это будет система насилия. Собственно именно это мы и наблюдаем в обществе. Но кто-то считает, что воспитание через насилие - это норма жизни. Я это не приемлю.

Каждый родитель должен себя спросить, видит ли он в своем ребенке личность? Уважает ли он эту личность, ее уникальность, ее свободу, ее собственные границы? А если ты уважаешь границы другого человека, ты вынужден ограничивать себя и искать пути диалога и соработничества, что ли. И это нормально для цивилизованного общества.

Я согласен со сказанным. Чем меньше ребенок, тем большую ответственность за него несут родители. Они вправе решать за младенца все, но со временем должен начаться диалог, который помогает найти совместные ответы на запросы, на интересы детей. Ребенок, когда он взрослеет, всегда хочет пробовать на зуб, что можно, что нельзя. И как раз в этот момент кто-то рядом, человек, чье мнение он уважает, должен сказать "вот это можно, а это нельзя". Если такого человека нет, если родители не выстраивают диалог с собственным ребенком, тогда ребенок существует уже по законам стаи - молодежной стаи - а там уже другие законы: иерархия, ты должен проявить силу, ты должен выставить локти. И тогда идея насилия будет процветать в обществе.

А. Г. Кучерена: Мы уже говорили, что в обществе должны быть механизмы юридической и социально-психологической поддержки семьи. Нужно прийти в семью в соответствии с законом и сказать: вот видите, у вас есть симптомы неблагополучия, давайте обсудим, почему ваш ребенок болтается на улице поздно ночью. Нужно не штрафовать родителей за плохое поведение детей, не механически заставлять ребенка возвращаться домой пораньше, а вступить с ним в разговор, в сотрудничество, понять проблемы.

- Расскажите, что сейчас предлагают конкретные законопроекты по ювенальной юстиции? Они предполагают только создание специализированных судов или это некая целостная разветвленная система?

А. Г. Кучерена: Надо сказать, что сейчас существует много законопроектов по ювенальной юстиции. Одни написаны на основе теории, другие стараются откликнуться на существующую действительность. Я не уверен, что в оценке будущей российской ювенальной юстиции нужно отталкиваться от существующих законопроектов и тем более наличествующего на западе опыта. Нам, прежде всего, необходимо понять, что нам надо.

Лично я предлагаю вообще не форсировать федеральное законодательство. Известные споры в Государственной Думой заключаются в том, что нет необходимости сейчас принимать специальный закон о ювенальных судах и об основах ювенальной юстиции. Я считаю, что в настоящее время важно в принципе осознать важность создания этой системы и, прожив большой промежуток времени, проанализировать собственный опыт, изучить западный опыт, его ошибки и положительные примеры.

В свое время, когда тема ювенальной юстиции была заявлена, от инициаторов потребовали законопроекты, в которых будет отображено, что они хотят. Но с самого начала всем было понятно, что нельзя писать законы, вырванные из контекста жизни.

О.В. Зыков: Я полностью согласен со сказанным. Добавлю, что есть глобальная проблема нашего общества, которую мы вынесли из тоталитарного государства - иждивенчество. Мол, государство за нас должно решить наши проблемы. Эта схема давно не работает и уже не будет работать. Люди должны решать свои собственные проблемы сами, а государство должно создать механизмы, которые будут гарантировать и обеспечивать такую возможность - организационную и финансовую. В этом пафос развития гражданского общества, где должны быть низовые общественные структуры, которые решали бы задачи не в глобальном масштабе, а в своем маленьком сообществе. Это может быть деревня, несколько домов. Это вопрос инициативы самих людей, их желания и способности объединиться.

Еще раз подчеркну, сейчас важно прожить какой-то кусок времени в определенном правовом пространстве, накопить собственный опыт и закрепить его. Тогда это будет работать.

- В условиях существующего законодательства?

А. Г. Кучерена: В условиях поэтапного появления такого элемента как ювенальная юстиция как правовое понятие. Сначала происходит некая эволюция жизни, потом она должна закрепляться в законах. Поэтому разговоры, что "мы создадим одномоментно ювенальную юстицию" - это правовое невежество.

О.В. Зыков: У нас и сегодня есть законы, которые направлены на защиту детей. Люди говорят: "не надо новых законов, давайте сделаем так, чтобы работало то, что уже есть". Так и я про это!

Вопрос о судах сейчас наиболее актуален. Так сложилось на практике. Во многих регионах есть ювенальная специализация судов, накоплен колоссальный опыт. Достаточно обратиться к известной справке "О внедрении ювенальных технологий в суды общей юрисдикции", подготовленной Управлением анализа и обобщения судебной практики Верховного суда РФ. Поэтому сегодня ключевая задача - специализация судебной процедуры. Решить ее можно только поэтапно, нельзя сделать все сразу. Необходимо ввести специализированные процедуры в отношении ребенка в суде, должны появиться соответствующие специалисты - судьи, социальные работники.

Сегодня обычный судья не понимает природу поведения детей, он не понимает, что чаще всего преступление ребенка - это результат преступления по отношению к ребенку, это протестное поведение по отношению к тому, что его не замечают, не уважают, не хотят понимать или насилуют и т.д.

И вот судья оказывается в ситуации, когда он не понимает, что происходит с несовершеннолетним подсудимым. Судья не хочет и не может этого понять, потому что у него нет на это ни ресурса, ни информации, ни профессиональных навыков. Таким образом, судья не может принять оптимальное решение в отношении этого ребенка, потому что он не знает, что и ради чего можно сделать. И он не делает вывода, что можно изменить в этом социуме не вообще, а, например, в городе Таганроге.

Мне, например, недавно прислали из Волгограда частное постановление. Суд имеет такой рычаг влияния на государственные или общественные структуры, как частное постановление или частное определение. В этом документе суд делает выводы, почему ребенок совершил правонарушение, и предписывает кому-то, кто с точки зрения суда виноват, что-то изменить в своем поведении. Учитель, чиновник, родитель - все равно, взрослый человек, который находится в окружении ребенка. При этом в ювенальном суде защищаются права как ребенка, так и взрослого, действующего в интересах ребенка.

А. Г. Кучерена: В процессе специализации судов нужно двигаться поэтапно, в зависимости от возможностей и опыта, которые у нас есть. И, прежде всего, мы должны основываться на той практике, которая накапливается в нашем обществе. Нельзя писать законы, посвященные таким тонким вопросам, как взаимоотношения людей и тем более взаимоотношения с детьми, не основываясь на практике. Поэтому на современном этапе с точки зрения закона, я считаю, что мы должны создать в России легитимное пространство для развития ювенальной юстиции, приняв поправку в Закон о судебной системе. В первом чтении такая поправка была принята в феврале 2002 года.

- Расскажите, что это за поправка?

А. Г. Кучерена: У нас есть базовый конституционный закон, который описывает, какие вообще у нас есть суды. В нем ювенальных судов нет. Для того чтобы создать правовое пространство для их появления, нужно в базовом законе внести поправку, сказать: "да, мы хотим, чтобы ювенальные суды у нас были".

- А где мы возьмем специальных судей для ювенальных судов, если поправка в закон будет окончательно принята? Есть мнение, что разного рода люди понаедут из Америки, Германии и начнут отбирать детей из русских семей.

А. Г. Кучерена: Конечно, никто не понаедет. Это невозможно. Если ювенальные суды появятся у нас, то будут наши специалисты, которых мы сами обучим, воспитаем. Какими обучим и какими воспитаем, такими они и будут.

О.В. Зыков: Ювенальная юстиция, как каждая технология, обязательно предполагает определенные стандарты - образовательные, информационные, правовые, организационные. Существует объемная книга по ювенальным технологиям - в ней описывается пятнадцатилетний опыт применения конкретных технологических элементов: уличная социальная работа, социальная работа на дому и другие. Мы прожили это, это не абстрактное видение, это наша профессиональная судьба, мы ее все время фиксируем, мы все время пытаемся это описывать с точки зрения стандартов, то есть с точки воспроизводимости, тиражируемости, возможности повторить.

В стране в целом должны быть определенные правовые рамки, но при этом будут сохраняться ресурсы развития отдельных личностей, отдельных специалистов. Ведь судья - человек, со своим опытом, со своим, порой, горем человеческим, со своими гормональными проблемами, если хотите. То есть, с одной стороны, будет задана какая-то правовая рамка поведения судьи, а с другой стороны, судья сможет проявить себя как личность. И если он определит себя как ювенальный судья, мы ему скажем, что для того чтобы судить детей, он должен быть не только юристом, но и педагогом, должен уметь взаимодействовать с социальным работником, позволить общественности контролировать его деятельность.

А. Г. Кучерена: Весь мир движется в сторону специализации. Чем лучше человек понимает свое дело, тем качественней он будет решать, поставленные перед ним задачи. Если в медицине биологическую болезнь у ребенка лечить специальный детский врач - педиатр, то в вопросе с ювенальной юстицией мы имеем дело с социальной болезнью ребенка. Почему здесь не может быть "судьи-педиатра"? Такой судья будет понимать природу поведения ребенка, природу его социальной болезни. Разве это плохо?

- Скажите, а не повлечет ли введение ювенальной юстиции некий "подгон" законодательства под ее систему. То есть, например, будет расширен перечень обстоятельств, по которым родителей могут лишить родительских прав, или понижена планка возраста, с которого ребенок может обратиться в суд с заявлением на своих родителей. Насколько оправданы эти опасения?

А. Г. Кучерена: Они оправданы ровно в той степени, в которой мы как общество почему-то пожелаем этих изменений в законодательстве. У меня нет ощущения, что у кого-то есть такое желание менять законы. По крайней мере, у меня такого желания нет.

Уже было сказано. Я повторюсь. Такие опасения рождаются из привычки ждать, что государство все само за нас сделает, решит все наши проблемы. А опасения рождают мифы, в том числе и вокруг законотворческой деятельности. К примеру, по закону ребенок и сейчас может подать в суд на родителей. Почему звучат опасения об этом по отношению к несуществующей пока ювенальной юстиции, я понять не могу.

- А может быть, такие опасения рождаются и из-за недоверия существующей судебной системе. Так или иначе, у многих людей слово "судья" вызывает зачастую недоверие, у кого-то даже может ассоциироваться со словом "продажный". И вот люди осознают, что с введением ювенальной юстиции их дети будут эксплуатировать эту уже насквозь прогнившую систему, направляя её против самих родителей. Это напугало огромное количество людей.

О.В. Зыков: Люди как раз и не осознали, что сегодня мы живем в ситуации, когда дети могут реально эксплуатировать эту "прогнившую судебную систему". И здесь может быть только два решения: или отказаться от судебной системы вообще, от идеи строить правовое государство, или пытаться её улучшить. Поскольку первое, с моей точки зрения, мало реалистично, то надо пытаться сделать второе.

- Итак, мы видим, что уже сейчас по закону ребенок с 14 лет может обратиться в суд, с 10 лет суд обязан выслушать его мнение. И в этом плане возможности ребенка не изменятся с введением ювенальной юстиции. Что же тогда дадут предлагаемые нововведения?

А. Г. Кучерена: Здесь, прежде всего, надо задать вопрос, в какой ситуации ребенок пойдет обращаться в суд. А пойдет он в суд не потому, что законы будут меняться, а потому что в семье так сложатся отношения. И сегодня дети обращаются в суд. Один из последних известных мне примеров. Девочка в 16 лет подала документы в суд, потому что её регулярно избивали родители - это был их метод воспитания. А этой девочке это сильно не нравилось, и когда у нее появилось право, она лишила своих родителей родительских прав, а суд подтвердил это. И с моей точки зрения, это была ситуация, в которой девочка имела на это право. Но в другой ситуации может быть иначе. Суд и должен разобрать эту ситуацию. Но для этого судья должен быть высококвалифицированным специалистом, способным разбираться в вопросах детской психологии, детско-родительских отношений и т.д.

О.В. Зыков: Если суд будет исходить из очевидной для меня мысли (озвученной в начале беседы), что лучше, чем родная семья, у ребенка ничего быть не может, суд все сделает, чтобы защитить семью и сохранить её целостность. Но для этого суд должен об этом думать. Сегодня суд об этом не думает и порой не может думать.

- И все-таки по поводу тех опасений. Это миф противников ювенальной юстиции, или у них есть серьезные основания думать, что действительно перечень оснований для лишения родительских прав и изъятия ребенка из семьи будет увеличен?

О.В. Зыков: Этот перечень расширится только в одном случае - если так будет эволюционировать система отношений в семьях. Перечни не могут быть взяты с потолка, так же как нормы техники безопасности. Запрет работать с электрическим током без средств защиты не выдумка, а отклик на тысячи смертей.

А. Г. Кучерена: Если увеличится количество семей, в которых в силу каких-то обстоятельств будут складываться определенные условия, в которых ребенку будет плохо, в которых ему будет причиняться боль, эти условия могут стать поводом к появлению законодательной нормы, позволяющей лишать родительских прав. Это вопрос взаимоотношений детей с собственными родителями.

- То есть если когда-то будет принят пакет законов о ювенальной юстиции, то по сравнению с современной ситуацией мало что изменится?

А. Г. Кучерена: если все будет так, как сказано выше, то ситуация улучшится.

- А с точки зрения подачи заявления детьми на своих родителей?

А. Г. Кучерена: С этой точки зрения - ничего не изменится. Абсолютно. Ребенок как сегодня может подавать заявление, так и тогда сможет его подать. Только сегодня мы плохо можем предсказать судебное решение, потому что судья - не специалист по работе с детьми, и мы не можем повлиять на его поведение.

О.В. Зыков: Я думаю, что речь еще и о специализации поведения тех сотрудников, которые уже существуют - будь то сотрудники суда или социальных служб. Ведь и сегодня в системе социальной защиты (в Москве есть, например, департамент семейной и молодежной политики) существуют социальные работники. Но в этой системе должны появиться социальные работники, у которых суд будет их рабочим местом. И мы настаиваем, чтобы социальный работник, который работает в суде, не был бы подчинен суду, а был бы подчинен социальным службам. Социальные работники есть, но они не сопрягаются с судебной системой, они не имеют влияния на судебную систему, а мы как общество должны влиять. Но как это сделать, если нет специализированной судебной процедуры, как встроиться в этот процесс? Только через закон.

- Сейчас можно слышать утверждения, что в СССР существовала хорошая система защиты несовершеннолетних, работы с ними. Так зачем нам сегодня нужна какая-то западная ювенальная юстиция, если у нас есть свой уже накопленный опыт?

О.В. Зыков: Мы уже говорили, что в СССР была система, характерная именно для СССР, для тоталитарного государства. В чем-то она действительно была хорошая. Например, я был против того, чтобы разрушать пионерство. Надо было убрать из него идеологию, но сохранить пионерские организации как способ организации досуга детей. И в советское время в тоталитарном государстве, по-моему, эта система организации досуга и воспитания неплохо работала и справлялась со своими задачами. Другое дело, что воспитание строилось на тоталитарной идеологии. Мы должны понять, что в советском государстве были другие механизмы - директивные по своей сути. Была партия, которая выпускала директивные документы, которые все исполняли.

Сегодня мы живем не в тоталитарном, а в демократическом государстве, и это вопрос политического выбора. Мне не нравится тоталитарное государство. Поэтому мне не нравится возвращение к той системе управления обществом, к директивной системе. Или мы строим правовое государство, когда нами управляют законы и есть люди, которые отвечают за исполнение законов, и, прежде всего, это судебная система. Или мы возвращаемся в ситуацию тоталитарного государства.

Нет, есть и третий вариант, когда мы отказываемся от законов и все возвращаемся в пещеры. Но этот вариант - так себе.

Поэтому возражения людей, жалеющих об утрате советской системы, носят, прежде всего, ностальгический безответственный характер, порой просто демагогический. Это же не вопрос управленческий, это не вопрос рационального обсуждения того, как нам построить сегодня нашу жизнь, это вопрос некой ностальгии по временам Советского Союза, когда более ли менее равно жили в несвободе и в нищете. В этом, конечно, тоже была своя прелесть определенная: никто и не ощущал, что это нищета - сравнивать особо не с кем было, и все были равны. Но эта система не могла долго просуществовать - она была искусственная, нежизнеспособная. Любая тоталитарная система неизбежно когда-то разваливается. Но мы жили в таком государстве и принимали его как есть, как факт. Это была тюрьма на самом деле. Нравственная, личностная тюрьма. Но кого-то это устраивало.

- Скажите, насколько будет прозрачна для общества система ювенальной юстиции? Будут ли предусмотрены какие-то мероприятия, которые помогут людям больше узнать, как работает система, чтобы они поняли, что ювенальная юстиция - это то-то и то-то и что она работает так и так, что причин для паники нет, что никто не хочет людей обмануть?

А. Г. Кучерена: Проблема прозрачности ювенальной юстиции - одна из ключевых. Безусловно, прозрачность необходима, и для этого надо сделать все возможное. Мы как общество, как граждане должны создавать механизмы и законы, настаивать, чтобы наши депутаты, наши представители по нашей собственной инициативе принимали такие законы, которые обеспечивали бы прозрачность.

Прозрачность предполагает общественный разноуровневый контроль, различные механизмы, которые позволяют нам получать достоверную информацию из средств массовой информации.

Ведь свобода прессы - это свобода получения информации, свобода борьбы с коррупцией. Многим она жутко не нравится. Они же не хотят прозрачности, в том числе, в каком-то смысле, прозрачности жизни семьи. Посудите сами, если я не причиняю вред своему ребенку, мне нечего скрывать от общества.

О.В. Зыков: Но тут есть и другой аспект, всплывший в полемике против ювенальной юстиции. Получение информации - это двусторонний процесс. С одной стороны, кто-то дает информацию, с другой - кто-то её получает. И если у человека нет желания получать информацию, заставить его получать ее невозможно. Если у человека есть определенные установки, он отсекает диалог и вокруг себя, и внутри себя. Он очень жестко, установочно мыслит, и через это прорваться очень сложно. При этом есть люди, у которых нет задачи объяснять, что они хотят и что они думают. У меня такая задача есть. Это совершенно не самоцель - жить в телевизоре или в радиоэфире. У меня на это, кстати, времен совершенно не хватает. Но я понимаю, что у меня есть такая задача - объяснять свои действия. У меня нет никакой прибыли от того, что я хожу по разным передачам и рассказываю. Я выполняю ровно ту задачу, которую вы сейчас сформулировали.

- А у вас нет ощущения, что люди, высказывая возражения против ювенальной юстиции, боятся, что их дети вдруг узнают свои права? Сейчас они их не знают - ведь до сих пор существует проблема правовой безграмотности - а появится ювенальная юстиция, и дети узнают.

А. Г. Кучерена: Согласен, это ключевая вещь. То есть противники заранее опасаются, что дети, узнав свои права, начнут подавать в суд на своих родителей. То есть получается, что родителям есть, за что чувствовать свою вину, есть, что скрывать от закона. Они боятся тайн внутрисемейных своих отношений, тайн, которые могут быть обсуждены в суде. Они боятся собственной вины. Проблема таких родителей - это проблема того насилия, которое они творят в отношении собственных детей и их нежелания, чтобы это насилие кто-то обсуждал. Право на насилие к собственным детям - вот, что хотят отстаивать такие родители. И ювенальная юстиция здесь ни при чём. Как система, она просто способствует тому, чтобы закон исполнялся.

В продолжение темы

Одним словом (в свете того, что будущее не предопределено, а поддаётся нашему свободному воздействию), альтернатива могла бы быть такая.

Оставим за скобками территории, которые отойдут прямо и недвусмысленно Японии, Китаю и США.

Подумаем о северозападной Руси (включая Москвию и т.п.). Тут всё-таки альтернатива есть. Варианты такие: либо именно окупация и полный контроль др. государств. Или всё-таки собственная власть, национальная (пусть и в союзе и согласии со странами НАТО).

Какие условия могли бы привести ко второму варианту (всё-таки независимость, пусть и не полная, всегда предпочтительней)?

Только наличие слоя людей:

1. честных (!)
2. образованных и имеющих способности к управленческой работе
3. думающих о народе, т.е. демократически мыслящих
4. способных повести за собой и умеющих с народом говорить, т.е. имеющих харизму.

Пункты 3 и 1 это не одно и тоже, как сможет показаться, потому что можно быть не вором, но при этом думать, скажем о нации или о судьбах, скажем, армии (да чего угодно), но только не о народе и его реальном интересе, т.е. его (народа) кармане и его свободе и жизне.

Не ошибусь, если констатирую, что такого слоя сейчас в России нет. Нет группы людей, способных занять руководящие посты в России после свержения чекистско-либерально-патриотической хунты.

Т.о., придётся пожинать первый вариант. В оккупационную администрацию нынешние клептократы из ЧК и партии Единая Россия пойдут с радостью работать на вторых ролях.

Я ничего не понимаю. Они там здоровы ваще?

МОСКВА, 9 июл - РИА Новости. Решение о возвращении Ленинградскому железнодорожному вокзалу Москвы исторического названия - Николаевский - не принято, говорится в сообщении РЖД.

Пресс-служба сообщает, что данный вопрос пока обсуждается.

В частности, в компанию поступило обращение с таким предложением общественного фонда "Возвращение", в который входят политические деятели, представители науки, культуры и духовенства. Возможность переименования рассмотрена Институтом Российской истории РАН, Федеральным агентством железнодорожного транспорта и Департаментом транспорта и связи Москвы.

Пресс-служба РЖД подчеркивает, что "окончательного решения по вопросу изменения названия Ленинградского вокзала не принято".

"Пресс-служба ОАО "РЖД" приносит свои извинения за информацию, распространенную ранее, и просит средства массовой информации с пониманием отнестись к этой технической накладке, и, по возможности, предотвратить дальнейшее распространение неверной информации по данному вопросу", - говорится в сообщении .

Между тем, глава РЖД Владимир Якунин уже прокомментировал переименование Ленинградского вокзала, заявив, что это решение лежит в рамках политики госмонополии - "историзм и преемственность".

В среду представители РЖД сообщили, что Якунин подписал приказ о переименовании Ленинградского вокзала в Москве в Николаевский.

Как сообщала в четверг пресс-служба РЖД, Ленинградский вокзал переименован в Николаевский в рамках реализации соглашения о сотрудничестве между РЖД и Московской патриархией Русской православной церкви (РПЦ) и принимая во внимание обращение общественного фонда "Возвращение", в который входят политические деятели, представители науки, культуры и духовенства.

В свою очередь, активисты общественной организации "Коммунисты Петербурга и Ленинградской высказали возмущение решением главы РЖД Владимира Якунина о переименовании Ленинградского вокзала в Москве в Николаевский, говорится в сообщении на сайте организации.

Коммунисты отметили, что "это не просто удар по Ленину и коммунистам, не просто шаг к реставрации монархии, но еще и явный знак пренебрежения со стороны московской бюрократии к Петербургу-Ленинграду, пережившему фашистскую блокаду".

http://www.rian.ru/moscow/20090709/176809028.html

rakty приводит интересную аналитику:

http://www.ari.ru/doc/?id=3296

Про то, что Пу перестал устраивать его хозяев, про то, как Медведев требовал прекратить наступление на Тбилиси, а на него плевали,
и, главное, про то, зачем Обама приезжал в Москву.

Особенный интерес представлдяет ссылка на прогноз того, что же будет с Россией: http://agaroza.ru/post_1234195080.html

Он почти до деталей совпадает с моим прогнозом трёхлетней давности. А ведь я не числю себя маститым футурологом! (и этого текста до сего дня не читал):



"А.Светов Тогда поставим вопрос иначе: какой тебе видится вот эта территория, которую сегодня занимает Россия, ровно через десять лет?

Доменик Рикарди С востока на запад эта, как ты выразился, “территория” выглядит так:

Южная часть острова Сахалин, все острова Курильского архипелага и юго-западное побережье Камчатки находятся под японским протекторатом. Границы этой зоны очень жёсткие и хорошо охраняются. Японцы контролируют также прилегающую к этим землям акваторию Тихого океана, всё Охотское море и Японское море от Владивостока до западного побережья самой Японии. Военная база и порт Петропавловск-Камчатский — под совместным управлением США и Японии.

Далее на запад картина выглядит так:

Территория от 65-ой параллели с юга на север, и от Уэлена на востоке до Архангельска на западе — под юристдикцией США. (Далее на северо-запад начинается юристдикция Британии; на северо-восток — Германии и Норвегии.)

Всё, что южнее 65-ой параллели, то есть практически вся Восточная Сибирь южнее Северного полярного круга, а также Монголия, находятся под влиянием Китая. Китайский оккупационный режим будет очень жёстким, напоминающим китайский режим на Тибете первых лет оккупации. Тюрьмы и концентрационные лагеря переполнятся сибирскими и монгольскими партизанами. Однако пограничная служба поставлена плохо, и любой желающий, будь то беженец или контрабандист, сможет без особого труда покинуть китайскую зону. В самом Китае будет развёрнута пропагандистская кампания, призывающая народ заселять “северные провинции Китая”. Китайские власти активно помогут своим переселенцам — новым “хуа-цяо” — политически и экономически. Десятки миллионов китайцев устремятся в Монголию и Восточную Сибирь. В короткий срок этнический состав этих районов радикально изменится: китайцы составят подавляющее большинство на этих территориях. Денежная единица — современный китайский юань. Небольшая подробность: все вывески и информационные указатели на этих территориях должны дублироваться по-китайски. За нарушение — непомерный штраф или даже лишение лицензии (если говорить о частном бизнесе).

Великая русская равнина и вся Западная Сибирь выглядят так: от Уральского хребта до Петербурга и от Мурманска до Астрахани территория разделена на директории, находящиеся под объединённым командованием НАТО. Предыдущее административное деление на области сохранится полностью. Разница лишь в том, что каждая область находится в зоне ответственности конкретного государства — члена НАТО.

В частности, Курская, Брянская и Смоленская области —( Read more... )

Украине удастся сохранить формальную независимость, пожертвовав Крымским полуостровом в пользу Турции, когда-то принадлежавшем Османской Империи, который при помощи союзников по НАТО будет отчленён от Украины, как говорится, “мирным путём” и “без единого выстрела”.

Белоруссии повезёт меньше: она, как и Россия, утратит государственную независимость и будет де-факто управляться военной администрацией НАТО под прикрытием марионеточного правительства, номинальной главой которого станет бывший белорусский политэмигрант: худощавый седеющий брюнет невысокого роста. Именно в Белоруссии впервые в Европе удастся осуществить классический латиноамериканский сценарий: “дядюшка Сэм” ставит свои игральные фишки на политика-коллаборанта из числа “аборигенов”, а тот, в свой черёд, делает ставку на американский штык. — Это для Европы беспрецедентный сценарий!

Троцкий, Ленин и Каменев

Джамбул Джамбаев о врагах и отце

К этому, см



Бушуй, моя песня! Я передам

Ненависть к трем взбесившим псам.



Первого пса Троцким зовут,

Он кровожаден, бешен и лют.

Второго пса Зиновьевым кличут,

У третьего Каменева обличье. ...



А с ними шакалья семья поднялась

Из ям, где зловоние, падаль и грязь..

Вот они — лгут, продают, предают,

Вот они тихо на брюхе ползут,

Вот они ночью - беззвездной, сырой-

В Сталина целят... Изменники, стой!



Наши глаза горят и во мраке,

Прочь, шелудивые, злые собаки!

В кого вы хотели, злодеи, стрелять? ...

Хотели отца у народа отнять.



Кому вы готовили пули и яды?

Хотели отнять наше счастье и радость

Хотели убить вождя всех племен,

Всех народов и всех времен.

Хотели солнце земли погасить ...

— Сердце Сталина остановить.



Мы вскрыли берлогу изменников мерзких.

Собака Гамарник, шакал Тухачевский

Задумали Армию нашу предать,

Задумали Родину нашу продать

Приговор вынесен в каждом ауле:

Каждой собаке в череп по пуле!



Голос народов гремит водопадом:

Вы просчитались, проклятые гады!

Никогда змее в облаках не бывать.

Никогда верблюду орлом не летать.

По морской воде паровоз не пойдет,

По сухой земле не пойдет пароход. ...

"В 1923 году дорога из Николаевской была переименована в Октябрьскую, и вокзал стал Октябрьским, а в 1924 году по изменившемуся названию Санкт-Петербурга (Ленинград) Ленинградским, каким и назывался до сегодняшнего дня.

Президент РЖД подписал приказ о переименовании Ленинградского железнодорожного вокзала Москвы в Николаевский"


Для меня это просто праздник! Я долго этого ждал.
Никогда разумеется не называл вокзал именем плешивого демона, а только правильным, собюственным  именем - Николаевский.

И вас, друзья, поздравляю.

Селигерский якименковский лагерь одного из прошлых лет. Подробнее фоты здесь

( Осторожно: порно от Васи Якименко )


ОПА!! Нашисты заметают следы!! Подчистили заявление о своих преступных планах.

Если вы зайдёте сюда, то под пунктами 8 и 9 прочтёте просто:

"8. Общественная деятельность.

9. Православное блоггерство."

Однако ещё ночью, и со дня написания поста, там было немножно другое.  После моего  и многих других сообщений в жж, они подчистили. Эти невинные заголовки расшифровывались следующим образом:


8. Общественная деятельность. Создание системы общественного контроля и реакции на события (действия), инициированные людьми или организациями, действующими вразрез с идеями православия.

9. Православное блоггерство. Организация системной деятельности по выявлению и блокированию пользователей сети Интернет, действующих с целью распространения идей, противоречащих православной вере.

Вот мой утренний пост на эту тему:


Знаете, есть такое фашистское молодёжное движене "Наши" (в просторечии нашисты)?

Они теперь в законе - их гауляйтер Вася Якименко стал председателем Федеральное агентство по делам молодежи.

И вот обратите внимание, чем собираются заниматься участники \"православной секции\" нашистского лагеря (см. ниже)

И если пункт 8 ("Создание системы общественного контроля и реакции на события (действия), инициированные людьми или организациями" - новояз, конечно, славный, достоин \"комиссии по противодействию попыткам не в интересах") - это просто пиздё трёп,

то пункт 9  ("Организация системной деятельности по блокированию пользователей сети Интернет, действующих с целью распространения идей, противоречащих православной вере") - то это, если я прямо понимаю, прямая уголовщина.

Оборзели эти шакалы.

Но и насколько же они глупы и темны...


(Да, а к православию вы, милые молодые мракобесы,  имеете такое же отношение, как я к ОБХСС)

На фото: о. Георгий с духовником Ново-Тихвинского женского монастыря схиигуменом Авраамом.

В программе «Экклесия»   igpetr   игумен Пётр (Мещеринов)  и протоиерей Георгий Митрофанов

(Часть 2, начало здесь)

Прот.Г.Митрофанов: Я бы, как историк, здесь возразил и вот в каком плане: действительно, на протяжении всех веков церковной истории христиане, чувствуя недостаток любви и тем не менее мучительно ища для себя, своих братьев и сестер во Христе, пусть теперь не в любви Христовой, то – в чем?

В правильном почитании Христовом.

И вот здесь возникают попытки не с помощью любви, а с помощью каких-то иных черт обозначить своих сестер и братьев во Христе точно так же, как и противопоставить тех, кто вне Христа.

Отсюда то, о чем Вы уже тоже отчасти сказали: попытка узнавать христиан по принципу того, когда и как они постятся, когда и как они крестятся, сколь продолжительны их службы, как они относятся к государственной власти, к экуменизму и так далее, и так далее.

То есть масса суррогатных критериев подлинности веры Христовой.

Любовь, действительно, здесь по существу выявляет ущербность исторической Церкви. И в конечном итоге истоком секуляризации, которая поразила сейчас весь мир и которая часто проявляла себя достаточно резко и кроваво, а иногда и очень глубоко и страдательно, было то, что потому перестали видеть в нас учеников Христовых, что не видели в нас любви. И потрясенные этим оскудением любви в Церкви, люди уходили из Церкви и противостояли Церкви.

Но я бы не стал сводить всё только к любви. Мне кажется, существует и еще одна евангельская категория, которая на самом деле гораздо легче может быть реализована в жизни христианина. В одном из апокрифических Евангелий Христос, отвечая на вопрос Своих учеников, в чем же главный путь ко спасению, говорит: «Не лгите». И вот это чрезвычайно важно.

( Read more... )

И последнее, что бы я изложил в связи с основополагающей этической темой Евангелия. Это слово, которое страшно подчас произносить в нашей среде, – это свобода. Это, опять-таки, в некоторой степени легче стяжаемые в этом мире добродетели – честность, свобода, нежели любовь и сострадание. И здесь мы опять сталкиваемся с проблемой, потому что ничто так не претит духу свободы, как именно устоявшиеся в церковной жизни представления о том, что смирение и послушание, которыми чаще всего на самом деле оправдывается привычный для нас советский конформизм и безликость, которые мы подчерпнули с детства. Ведь так легче жить было – безликим человеком толпы. А теперь уже толпы не советской, а толпы церковной, толпы православной. Вот эти очевидные евангельские принципы – честность, свобода, а значит, ответственность, затрудняют нам путь к главной евангельской истине, а именно – истине любви.

( Read more... )

Игумен Петр (Мещеринов): Да, вот сказать: делай то и то – это как раз большой соблазн церковной жизни. И многие люди, придя в Церковь, обменивают свою свободу на некую гарантию спасения или даже, если в нашем контексте, вот услышит сейчас человек наши рассуждения, и действительно задастся вопросом: а что я должен дать, чтобы вот делай это – и получишь любовь.

Вот этот прямолинейный поиск гарантий чего бы то ни было в обмен на свою свободу, на свою совесть, на отдание самого себя в какое-то нелепое послушание и прочее очень распространен сейчас в Церкви.

( Read more... )

Средневековый мир – это мир, в котором присутствие Христа ощущалось еще меньше, чем оно ощущается в нашем мире. Именно с точки зрения проявления милосердия. И именно вот этот подход преподобного Нила Сорского, который не ему одному был свойственен, при всех его личных достоинствах, проявлялся, в частности, в том, что у нас, к сожалению, в Церкви выработалось убеждение, что почитая Бога, правильно, православно Его славя, мы избавляем себя от труда выйти за пределы тех мест, где мы Его славим, где мы Его созерцаем, избавляем себя от труда нести тот самый труд Его милосердия, Его сострадания.

В связи с этим я могу лишь поразиться тому, как вроде бы победивший в истории нашего монашества преподобный Иосиф Волоцкий, а затем его ученики, остался непонятым. То, что ученики преподобного Иосифа Волоцкого с таким же бесчувствием, как и ученики преподобного Нила Сорского, относились к нуждам основной части своих братьев и сестер во Христе, при этом располагая огромными богатствами, ( Read more... )

Вот у Аристотеля как раз, пишет Аверинцев, рассматривалось три уровня: уровень, точно так же, как у Платона, высший, духовный; уровень низший, инфернальный, то есть сфера, где действует и торжествует дьявол;

но между этими уровнями есть некоторая «серая зона», или зона естественного, как называл ее Аристотель.

И вот как раз наша земная, профанная жизнь, она Аристотелем относилась вот к этой средней зоне. Она не плохая совершенно, она и не возвышенная, но в ней как раз могут отразиться вот эти высшие ценности, если мы над этим трудимся. И вот интересно, что ведь в молитве Господней мы молимся: да будет воля Твоя яко на небеси и на земли. То есть мы молимся о том, чтобы Божественный закон, Божественная правда осуществилась в нашей земной жизни так же, как в небесной, ну, хотя бы в какой-то степени. Мы уповаем на то, что это возможно. И вот Аверинцев пишет, что как раз западный мир пошел по пути Аристотеля, и поэтому уделял определенное внимание возделыванию вот этой нашей земной жизни, чтобы в этой земной жизни проявилось хотя бы в какой-то степени наше небесное упование. Вот на российской почве, к сожалению, этого никаким образом не произошло, и вот этим Аверинцев объясняет многие проблемы сегодняшней российской действительности.

( Read more... )

Если мы обратимся к самому Евангелию, то ведь Господь избрал для причащения Себе самые естественные и повседневные вещи – вкушение хлеба и питие вина. Вино в тех землях было распространеннее воды.

И Господь ничего не говорит о том, что причастие Ему, скажем, подобно проработке золотой руды, или огранке камня, когда действительно нужны серьезные усилия. Нет, Сам Христос сделал это повседневностью, и что нужно для того, чтобы вкусить хлеба и принять чашу вина?

Нужно проголодаться, нужно почувствовать жажду.

( Read more... )

«Нужно жить не по лжи, чтобы научиться жить по любви Евангельской...»

В программе «Экклесия»  igpetr  игумен Пётр (Мещеринов)  и протоиерей Георгий Митрофанов (Часть 1).


Прот.А.Степанов: Здравствуйте, дорогие братья и сестры! В эфире радио «Град Петров» программа «Экклесия» и ее ведущий протоиерей Александр Степанов. Как обычно наша программа посвящена нашей Церкви, ее прошлому, настоящему и будущему. В данном случае мы хотим поговорить о настоящем и будущем, прежде всего. Сегодня мои собеседники – профессор Санкт-Петербургской Духовной Академии протоиерей Георгий Митрофанов. Здравствуйте, отец Георгий!

Прот.Г.Митрофанов: Здравствуйте!

Прот.А.Степанов: ...И игумен Петр (Мещеринов), настоятель подворья Данилова монастыря, сотрудник Патриаршего центра духовного развития детей и молодежи при Даниловом монастыре. Здравствуйте, отец Петр!

Игумен Петр (Мещеринов): Здравствуйте, отец Александр!

Прот.А.Степанов: Cегодня, в отличие от обычных наших встреч, мы имеем возможность поговорить и с представителем московского духовенства и тем самым как бы увидеть нашу церковную жизнь глазами еще и московского священника. Кроме того, не так часто на нашем радио выступают монашествующие, и тем более таких монастырей, как ставропигиальный Данилов монастырь в Москве, который является и официальной Патриаршей резиденцией. Поэтому, отец Петр, мы надеемся, что Вы существенно обогатите наше сегодняшнее обсуждение своими наблюдениями.

( Далее )

Игумен Петр (Мещеринов): Спасибо за столь добрые слова. Отец Георгий уже мой иноческий путь обозначил. Я проходил все монастырские послушания, связанные с храмом, я и пономарил, и был регентом, и уставщиком долгое время, причем мне очень нравилось это занятие, и до сих пор я при случае регентую, и даже монастырское начальство, если у нас бывают службы на других подворьях, берет меня в качестве регента с собой, потому что я не прекратил это свое послушание. Я еще был звонарем, я был помощником благочинного, и все это дало мне возможность познакомиться с самой сутью богослужебной жизни, но вместе с тем дало почувствовать и многие проблемы этой богослужебной жизни, применения монастырских богослужебных уставов к нашей действительности. Затем я уже с 1995 года нахожусь на монастырском подворье, где несколько человек братии, храм, в котором совершаются ежедневные богослужения суточного круга, небольшое сельское хозяйство. Кроме того, у меня была возможность с благословения отца наместника нашего пожить и в Крыму, в горах, более скитским образом жизни...

( далее )

Прот.А.Степанов: Спасибо, отец Петр. Вот первый вопрос, который мне хотелось бы Вам и отцу Георгию задать, это вопрос, связанный с местом и ролью Священного Писания в жизни современных христиан в нашей Церкви. Как Вам кажется, это место действительно центральное, как это и должно было бы быть, или получается иначе?

Игумен Петр (Мещеринов): Конечно, это место должно быть центральным, и если мы возьмем все богословие отцов Церкви, составляющих сердцевину нашего Предания и церковной традиции, то увидим, что фундаментом их богословствования является, конечно же, Священное Писание.

Со временем, не без влияния процессов, происходящих во всемирном христианстве, произошло некоторое такое разделение терминологии Писания и Предания. Как известно, Лютер одним из основных принципов Реформации предложил «Solo Scriptura» – «Только Писание», а Тридентский собор Католической Церкви, контрреформационный, в ответ на это выработал принцип Писания и Предания как двух равновеликих составляющих церковной жизни.

Древняя Церковь такого разделения не знала, потому что Предание не формализовывалось, а было живым, это был живой опыт Церкви, живой опыт богословствования, который опирался на Писание и на самый опыт жизни в Духе. Ведь Предание это и есть непрерывная жизнь Духа Святого в Церкви и реагирование на Него людей.

А в наше время, мне кажется, плохую службу сослужили некоторые аскетические труды церковных писателей, которые провозгласили принцип «Евангелие через отцов».

И я заметил такую вещь, что когда рядом, например, с Евангелием ставится союз «и», да и вообще в таких сочетаниях, как «Христос и что-то там». Вот, «любовь к Богу и любовь к чему-то еще». Вот этот союз «и» каким-то странным образом устраняет первую половину фразы. И когда мы говорим: «Евангелие и ...» – это значит, что от Евангелия ничего не остается, и будет только то, что идет после «и». Вот «Евангелие и Предание» – это значит, что Евангелия не будет на первом месте.

Здесь нужно сказать, что на самом деле, конечно, Священное Писание нельзя принимать в отрыве от опыта Церкви. Но нужно различать такую важную вещь: догматическое понимание Писания, действительно, возможно только – применяя эту формулировку – «только через отцов», потому что только полноценный, полный опыт Церкви выявляет то, что порой в Писании бывает скрыто, и это относится именно к догматической, познавательной стороне – то, что мы знаем о Боге.

Но вот с нравственной точки зрения Писание, на мой взгляд, самодостаточно, и если мы рядом с нравственными требованиями, особенно Нового завета, будем ставить что-то еще, то, как правило, эти евангельские требования будут размываться и уже терять свою такую «категорически императивную» функцию.

( далее )

А искушение заключается в том, что евангельскому идеалу, достаточно ясному, на самом-то деле противопоставляются воспринятые сквозь призму той или иной исторически преходящей общественной идеологии те или иные мнения святых отцов.

И на основе этих мнений, на основе их конкретных, частных суждений выстраивается некая универсальная мораль, которая подчас просто отодвигает на второй план мораль евангельскую.

( Далее )

Вот в наше время, например, очень многие предания, о которых сказал отец Георгий, основываются на том, что эта любовь убирается в сторону. И на первый план выставляются какие-то иные вещи – например, стояние в истине.

И даже есть церковные писатели, в частности, есть такой писатель русского зарубежья архиепископ Аверкий (Таушев), который прямо и настаивал на том, что любовь не может быть без истины, а под истиной он понимал безблагодатность сергианской церкви, например, в конкретном историческом контексте.

И подобного рода человеконенавистническая идеология подавалась как истинное Православие, истинное христианство.

Мне кажется, если любовь убирается из поля зрения, как не то, что из нас должно исходить в мир, но как то, к чему мы, по крайней мере, должны стремиться непременно, вот тогда христианство исчезает и остаются падшие стихии мира сего, которые просто прикрываются высокими словами, и это как раз то, что вызывало гнев Христа – единственное, что вызывало Его гнев, – это фарисейство. Эта подмена подлинного смысла Богопочитания и любви к Богу и человеку чем-то иным, под каким бы то ни было предлогом. И до сих пор и всегда это вызывает и будет вызывать гнев Божий.

Продолжение следует

Лидер ОГФ Гарри Каспаров 7 июля передал президенту США Бараку Обаме список преследуемых и убитых оппозиционеров и политзаключенных. Редакция Каспарова.Ru публикует его на сайте.

17  Держись совета сердца твоего, ибо нет никого для тебя вернее его;

17 И совет сердца устави, несть бо ти вернее его:

18  душа человека иногда более скажет, нежели семь наблюдателей, сидящих на высоком месте для наблюдения.

18 душа бо мужа возвещати некогда более обыче, нежели седмь блюстителие высоце седящии на стражи.

19  Но при всем этом молись Всевышнему, чтобы Он управил путь твой в истине.

19 И о всех сих помолися вышнему, да управит во истине путь твой.

Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова. Глава 37

Прежде чем стать первой леди, миссис Обама работала волонтером в больнице

Первая леди Америки посетила православное Сестричество во имя благоверного царевича Димитрия

7 июля 2009 года супруга президента Соединенных Штатов Америки миссис Мишель Обама посетила православное сестричество во имя благоверного царевича Димитрия.

( Смотреть фоты )




( Далее )



Госпожа Обама лично пожала руку каждой сестре милосердия, а со старшой сестрой Свято-Димитриесвского сестричества Татьяной Павловной Филипповой обнялась и расцеловалась

( далее )

http://community.livejournal.com/ru_politics/22682076.html

http://community.livejournal.com/anti_musor/201005.html

Копирую целиком от sunny_su


Распространяйте везде где можете!
Пишите сами, звоните по номерам приведённым ниже

Теперь наших друзей приказано убивать! Кроме тебя им некому помочь!
Спаси их! Отсчет идет уже на минуты!

Не так давно появилась информация, подтвержденная в том числе и компетентными источниками из мэрии Москвы, о том что в Правительстве Москвы в тайне от общественности готовится ряд новых документов, ужесточающих и без того тяжелое положение бездомных животных в г.Москве. Разрабатываются Правила посещения городских приютов (по которым осуществить контроль за приютами станет невозможно), поправки к 403 РЗП.
В частности, Пчеловодов Виктор Иванович (зам.начальника Департамента ЖКХиБ, в ведении которого находятся сейчас бездомные животные) и Соколова Н.В. (консультант Департамента ЖКХиБ), в личных беседах сообщают, что до 70% собак в приютах будет усыпляться.
Но уже сейчас программа "гуманного регулирования" является полностью негуманной: животные жестоко избиваются и погибают при отловах, отвозятся в недостроенные приюты, где в порядке вещей постоянные перебои с питанием, отсутствует лечение. Например на приют в г.Некрасовке денежные средства Префектурой не выделяются).

Итак, согласно новым разрабатываемым документам - до 70% собак в приютах будет усыпляться, а волонтеры практически потеряют доступ в приюты.

32 млн. рублей в год "стоила" программа стерилизации и сохранения жизни бездомным собакам в 2000-20006 гг.

3 миллиарда (!!!) рублей "стоит" сегодня программа их массового убийства: отлов, помещение в муниципальные приюты и усыпление животных через 6 месяцев.

Зачем надо было тратить миллиарды на строительство мега-приютов, выделять миллионы на стерилизацию и чипирование, если через полгода животных будут убивать?

Мы, как налогоплательщики, хотим знать, почему Правительство Москвы на наши бюджетные деньги, не спросив нас, устроило конвейер смерти?

Хотим ли мы финансировать кровавые убийства?

Хотим ли быть соучастниками таких ужасных преступлений?


ЖКХиБ ссылается на западный опыт, но всем известно, что в западных приютах эвтаназия - редкая мера, вызванная крайне необходимостью для агрессивных животных.

( Read more... )


Мы обращаемся ко всем любителям животных и зоозащитникам, всем кто может как-то повлиять на эту ситуацию, с просьбой сделать все, чтобы не допустить надвигающуюся волну жестокости.

Нужно писать письма Президенту, Премьер-министру, Мэру Москвы, в Государственную Думу России о том, что мы категорически не согласны с такой "гуманной программой", что честнее и правильнее вернуть старую программу стерилизации и не усугублять положение и так уже обделенных животных.

Мы категорически против массового убийства животных.

Необходимо учитывать, что отлов и усыпление проблему не решают, в городе всё равно будут появляться животные, в частности на освободившиеся от собак территории в Москве придут в поисках пищи собаки из Подмосковья.

Мы против бессмысленных убийств!!!

Очень важно, что бы Вы распространяли это обращение.

Необходимо, чтобы широкая общественность знала об этом!

</span>Вы можете оставить подпись под письмом Ю.М.Лужкову под обращением о необходимости возврата в город действительно гуманной программы и недопущения массового убийства животных в Москве!  http://2lf.ru/moscowdogs

Не прекращайте звонить на линию Прямой связи Аппарата Мэрии Москвы с населением (т. 957-04-44), на пейджер Мэра Москвы (783-33-03, для абонента 2000)!

Говорите, что Вы не довольны сложившейся ситуацией, просите вернуть программу стерилизации и не допустить убийства животных по истечении полугода содержания в приютах.

Обязательно проследите, чтобы зафиксировали Ваше обращение.

Постоянно пишите:
1. Представителю Московской Городской Думы Платонову В.М. на адрес: 127994, ул.Петровка, д.22
2. Руководителю Аппарата Мэра Правительства Москвы Коробченко В.А. на адрес: 125032, ул.Тверская, д.13
3. Мэру Москвы Лужкову Ю.М. на адрес: 125032, ул.Тверская, д.13

Форум Правительства Москвы: http://forum.mos.ru/viewforum.php?f=16

Создаем там темы, обсуждаем эту проблему. Собаконенавистники уже оккупировали форум Правительства Москвы!!!

Пишите на блоги Медведева

Привлекайте СМИ, как Российские, так и иностранные!
Пишите в Западные зоозащитные организации.



ПОМНИ, КРОМЕ ТЕБЯ ИМ НЕКОМУ ПОМОЧЬ!!!
Отсчет уже идет.
Времени спасти наших друзей всё меньше и меньше!

Хорошая фото-серия к Lewis Carroll. Alice's adventures in Wonderland
Автор 6igella

( Смотреть с начала )



( Далее )

Индекс